— Так. Егор Матвеич, сейчас я выну пробную партию, а ты мне скажешь сколько ещё можем тут поместить. — Никита взмахнул руками, создавая узор, и из воздуха на бетон, вывалились крупные ящики с модульной бронёй. — Здесь полсотни комплектов.
— Ещё раз пятьдесят по столько примем. — Подполковник кивнул. — Но ты, Никита Анатольевич, лучше перемещайся по складу, а после мы это всё аккуратно приберём на стеллажи. Это мы быстро сварим из железа. А сколько всего-то хочешь?
— Чтобы на всех наших, да на бригаду хватило. Получается навскидку четыре тысячи комплектов, по пять тысяч единиц.
— Ох… подполковник округлил глаза. — Это же сколько денег!
— Так жизни наших парней подороже будут. Так что без вариантов — броню на всех, и на самых сильных ещё штук пятьдесят комплектов по десять тысяч, плюс оружие. Всего будет миллионов на пятьдесят. — И увидев священный ужас в глазах офицера, добавил. — Ну представь себе, что кто-то из наших или бригадных парней погибнет из-за того, что у него плохая броня. Как я буду выглядеть перед самим собой? Нахрена мне тогда вообще все эти деньги? А так у них, во-первых, будет дополнительная мотивация для достижения нужного уровня, плюс некоторая страховка если всё пойдёт по плохому варианту. Знаешь, Егор Матвеич, это как не поделиться боекомплектом. А единицы эти, заработаем ещё. Кстати, чуть не забыл!
Никита отошёл в сторону, и один за другим на бетоне оказались десять двухместных аэробайков, вытянутых словно дротик, с короткими крылышками на которых висели две лучевые пушки.
— Пока пусть постоят, а после будем формировать патрули, для европейской части. Мне везде не успеть, так пусть парни тоже полетают.
Через полчаса в ангаре трудилось сразу два десятка солдат из взвода обеспечения. Кто-то варил стеллажи, кто-то таскал ящики с бронёй, кто-то переставлял аэробайки. В общем работы хватило всем. А Никита, вытащив доставкой всё что нужно, сходил посмотрел на полигон, где гоняли Нину, и оставив ей записку у дежурного, уехал в город.
Первого января, несмотря на крепкий двадцатиградусный морозец, улицы буквально кипели от москвичей и гостей столицы. Но особо ехать Никите было некуда. Сестра возилась с ребёнком, близняшки на праздники улетели к родителям, а Наталья Трубникова, снималась на Ленфильме. В теории он мог бы поехать в Дом офицеров, где в новогодние праздники всё время шли какие-то мероприятия, но увидев афишу знакомого театра, поехал в Театр Сатиры, где давали бенефис Андрея Александровича Миронова. Сценки из разных спектаклей, музыкальные номера, и юмористические скетчи.
Спектакль получился просто феерическим, и Никита подарил Миронову букет инопланетных цветов, которые тот сразу же передарил Татьяне Пельтцер. Но на банкет не остался, сразу метнувшись на полигон, и как раз успел к окончанию первого прогона. Конечно Нина выглядела «не очень», но посадив её в машину, и через полчаса закинув в ванну, через какое-то время наблюдал чудо преображения.
Но как она не рвалась, до утех плоти, Никита, распределив единицы прогресса, погнал её спать.
Так и прошли новогодние праздники. Уже не напрягая офицеров в части, Никита сам гонял Нину по заснеженному полю, и полузамёрзшему болоту, прокачивая все характеристики и покупая нужные эликсиры и реагенты.
К девятому числу Нина подняла уже двенадцатый ранг, и двигалась со средним темпом уровень в день, что на Земле являлось безусловным рекордом.
Пару раз, они вылетали на Сервале к открывшимся порталам, где Нина жгла всякую мелкоуровневую живность, и скакала уворачиваясь от живности пожирнее. Но единицы падали в любом случае, как члену команды, убивавшей монстров, и резерв ЕП у Нины, рос, снова достигнув планки в сто штук.
Никита так гнал процесс, потому что понимал — давление на Нину будет чрезвычайным. И если он мог с высоты своего восьмидесятого уровня огрызнутся так, что всем причастным станет мало места на Земле, то девушка даже с такой подготовкой, может не выдержать. Вот и прокачивал все необходимые навыки и профессии, для достижения планки в 20 уровень, откуда уже можно смотреть с некоторым оптимизмом на интриги местных начальников.
А всего Никита планировал догнать подругу до тридцатого уровня, что соответствовало уровню офицеров ударных подразделений, и практически выводило Нину, из всех местных аппаратных игр.
Понемногу она стала заниматься бумажными делами, заняв комнатку перед кабинетом Никиты в здании штаба полка, чем на какое-то время обеспечила воспламенение некоторых дам. мечтавших что это место заселит она сама или её кровиночка.
Но кроме того, достаточно неожиданной стала помощь Дроздова, обеспечившего факультативное обучение Нины всяким секретарским премудростям, и прочему необходимому. Генерал-полковник являлся настоящим мастером в Кремлёвском многоборье, и конечно не надеялся, что Нина останется его человеком, но даже сохранение её хорошего отношения, очень много значило. Потому и носились преподаватели спецшколы, обучая девушку разным вещам.
