— Привет, Никита. — Голос Косыгина буквально излучал энергию. — Не можешь прямо сейчас подъехать в Кремль? Есть небольшое дело.
Слушаюсь товарищ Косыгин.
Никита положил трубку, и глянув на себя в зеркало, качнул головой. К первому лицу в стране нужно ехать при полном параде.
Когда он, звеня орденами на кителе, вышел из дома, охрана сразу подтянулась, понимая, что их подопечный, просто так, парадную форму надевать не станет.
В Кремле у ворот, их уже ждал порученец Косыгина, и проводил на площадку перед Сенатским Дворцом, где в ряду припаркованных автомобилей стоял настоящий красавец — автомобиль Тульского производства «Альбатрос» белого цвета. Широкий, длинный, с огромными креслами, и сверкающими хромовыми накладками, он даже в ряду правительственных машин выделялся статью и элегантностью.
— Вот, Никита Анатольевич. Решили вам сделать подарок от всей страны. — Косыгин показал рукой на автомобиль. — Только не гоняйте. — Он рассмеялся. — Говорят ангелы-хранители быстрее ста пятидесяти не летают.
Никита обошёл машину, сел за руль, и поискав под приборной панелью место для ключа, вставил его, и повернул, запуская стартёр.
Машина тут же отозвалась утробным гулом, и чуть качнулась, когда двигатель стал разгоняться.
— Класс! — Никита вышел из машины не глуша мотор, и от души поблагодарил Алексея Николаевича.
— Но это не всё. — Он полуобернулся, и ему в руки вложили папку, из тиснёной кожи, с огромным гербом СССР во всю лицевую сторону.
— За выдающиеся успехи в деле повышения обороноспособности страны, её финансовой и промышленной мощи, здоровья граждан, и защите социалистического отечества, вам Никита Анатольевич, присваивается внеочередное звание капитан, досрочно. — Прочитал Косыгин текст, и подал коробочку с погонами.
— Служу советскому Союзу! — Никита коротко бросил ладонь к козырьку фуражки.
Машина даже не ехала, а словно плавно летела над дорогой, уверенно гася пневмоподвеской все неровности асфальта. В машине уже стоял телефон спецсвязи, а в конверте на заднем сидении нашлись все документы. Техпаспорт, с отметкой о регистрации и ворох всяких бумажек включая гарантийный талон, и инструкцию.
Но сразу возникал вопрос с парковкой. В московских дворах места было не так чтобы много, и перед домом где жил Никита его вовсе не было.
Он мягко, развернулся и приткнув машину в углу, поднялся в квартиру, чтобы привести в действие изменения в плане.
Переоделся в летний костюм, и на новой машине поехал сдал авиабилет, затем пересобрал два чемодана с вещами и рисовальными принадлежностями, с весёлым изумлением посмотрел, как они падают в бездонный багажник Альбатроса, и уже вечером, сдав квартиру под охрану, вывел машину, собираясь доехать до Ялты своим ходом.
Машина держала дорогу идеально, парни из «Девятки» на Волге 24−24, шли на дистанции, и Никита просто наслаждался тёплым вечером, медленно катящимся в ночь, дорогой, и расслабленным состоянием, в котором что-то внутри будто размягчалось и расправлялось.
Кроме телефона, в машине стояла радиостанция, и Никита держал связь с охраной, синхронизируя заезды в кафе, и заправки.
По трассе «Юг» они к утру добрались до Днепропетровска, там отдохнули, приняли душ, и поели, собираясь к полудню доехать до Симферополя.
