Никита влетел в портал на огромной скорости, но приготовленная для него ловушка ударила по пустому месту, просто не успев сработать, а он, не заметив, что за его спиной ударили в камень триллионы эрг, мчался догоняя израненного червя, следом за конструктом магов Академии, всё ещё снимавшим стружку с огромного монстра, так что вокруг всё было залито останками и кровью.
Червь двигался всё медленнее, пока не замер неподвижно, а магия эфирников Чертогов постепенно выдохлась, не дойдя до головы каких-то полсотни метров, и оглянулся назад, смотря белёсыми, уже почти мёртвыми глазами, на летящего вперёд человека с воздетым кверху мечом.
Узор снёсший половину головы червя, обнажил внутренности, и Никита полосонул по пульсирующему мозгу рептилии, одновременно вбивая в её мозг сквозь разрез, пентаграмму узора «праха».
Неожиданно для него, узор вошёл очень глубоко, и полыхнул внутри, заставив червя дёрнуться в последнем спазме, и он замер, мгновенно превратившись в камень, и стал осыпаться серой пылью, подняв в воздух большое плотное облако.
— Хренассе задачка. — Никита убрал щит, прикрывавший его от потоков пыли, и наконец оглянулся. Перед ним лежала горная долина, веретенообразной формы длиной в десяток километров, а шириной километров в пять, окружённая высокими горами, заросшая чахлым кустарником и травой. Примерно в центре протекала небольшая река, когда-то чистая, а теперь почти полностью забитая грязью от останков мёртвого червя, и вода не в силах пробить жидкую грязь, уже накапливалась подтопляя низкие берега и разнося грязь вокруг, что косвенно намекало о том, что хорошо бы валить из этого места, хоть куда-нибудь.
Да. Эфира вокруг было совсем мало, можно сказать в следовых количествах, но просто море пси, а узорам практически безразлично на какой силе работать, поэтому перерисовав глиф полёта и напитав его уже из местных потоков, Никита взмыл в воздух, оставляя долину внизу, и дополнительно наложив на себя узор невидимости, поднялся выше, чтобы понять где тут что.
В целом местность выглядела необжитой, без населённых пунктов, хотя дороги встречались. Они пронзали поля и леса прямыми линиями словно их начертили на карте по линейке, уходя куда-то за горизонт.
Но стоило ему пролететь под тысячу километров, как стали попадаться мелкие хутора в один — два дома, деревни и посёлки из пары сотен дворов с высокими шпилями, видимо культовых учреждений.
По улицам ходили вполне обычные двурукие и двуногие люди, в штанах, куртках и шляпах, а дамы в платьях и платках на голове. Порой проезжали экипажи, запряжённые тягловыми животными и даже автомобили, пыхающие дымом из выхлопной трубы. Между городами протянулись нитки дорог, а пару раз он видел сверкнувшую сталью железную дорогу и дымящий по ней паровоз.
Все заняты своими делами, и никто не смотрел на едва заметную рябь на сине — фиолетовом небе.
А впереди уже вырастала громада какого-то города на слиянии двух рек с высотными зданиями и летающей техникой над городом.
К счастью вокруг хватало пустых мест, и Никита опустился прямо в центр огромного лесного массива в трёхстах километров от города, на большую поляну, поросшую плотной травой и мхом.
Судя по состоянию зелени и деревьев, люди сюда вообще не заходили, что в общем устраивало Никиту полностью.
