– Я знаю, для чего ты хочешь встать. Я отвернусь, если хочешь.
– Глупый, я же люблю тебя. – Тина засмеялась. – Я отвернулась.
Кир с трудом сделал то, что хотел сделать, испытывая при этом мучительный стыд.
– В нескольких десятках шагов отсюда ручей, но мне не дотащить тебя, ты – тяжелый. Немного потерпи, я приведу лошадь. Я нашла ее сегодня в лесу, она принадлежала кому-то из жителей деревни. Теперь она наша, на ней мы сегодня уедем подальше отсюда. – Тина ушла, а Кир попробовал встать, держась за дерево.
После нескольких попыток ему это удалось, потом он долго кашлял, опять сплевывая черную мокроту. Так скверно ему еще не было никогда, он был слаб, как ребенок. Жуткая боль в груди терзала его при каждом вдохе. Он остался без оружия и одежды и теперь зависел полностью от Тины. И сюда приближались его враги, он это чувствовал, несмотря на свое состояние.
Кир сделал несколько шагов в том направлении, что указала Тина, но зацепился ногой за корень дерева и, упав, потерял сознание от жесткого удара о землю. Очнулся он оттого, что почувствовал капли воды на своем лице. Кир открыл глаза и увидел Тину, склонившуюся над ним. Она плакала, и ее слезы падали ему на лицо.
– Почему ты не слушаешь меня? – сказала Тина сквозь слезы. – У тебя снова открылось кровотечение, а я не в силах его остановить. Ты же можешь умереть, а я буду проклинать себя до конца жизни, если смогу дальше жить. Чтобы тебя сейчас лечить, нужны силы и энергия, а сюда идут черные воины и жрецы. Если я сейчас потрачу оставшуюся энергию, то просто упаду без сил, и они схватят нас. А если я не остановлю кровотечение, ты умрешь. Вот что ты наделал. – Тина горестно вздохнула. – Мы умрем вместе.
– Она стоит рядом. – Тина тяжело вздохнула. – Я не смогу тебя на нее затащить.
«Найди пенек, я залезу сам. Не плачь, у нас на это нет времени. Соберись, ты сможешь, – Кир закашлялся и сплюнул на землю, кровь была ярко-алой. – Извини меня».
– Вот там стоит пенек. – Она подняла голову Кира, чтобы он смог его увидеть.
«Хорошо, – подумал он. – Я сейчас встану, а ты поддержишь меня, чтобы я не упал». Кир скрипнул зубами от боли и встал, потом медленно пошел к пеньку, опираясь на плечо Тины. Несмотря на поднявшийся холодный ветер, он был мокрым от пота, когда подошел к пню. Тина подозвала лошадь, и он сумел вскарабкаться на нее. Как только Тина оказалась сзади него на лошади, он позволил себе потерять сознание.
Когда он очнулся, то почувствовал, что лежит, уткнувшись лицом в гриву лошади. Тина сидела сзади, крепко уцепившись за него руками. Лошадь шла шагом.
– Я устала тебя держать, – сказала Тина. – Ты несколько раз едва не упал.
– Долго, очень долго, – ответила Тина.
«Куда мы едем?» – Говорить он не решался, ему итак было достаточно скверно. Все его силы сейчас уходили на то, чтобы бороться со слабостью.
– Здесь недалеко маленький дом в лесу, мы скоро там будем.
– Тогда тебя будет трясти, а это еще хуже, – в голосе Тины звучала безнадежность.
«Гони лошадь, – подумал он. – Если я себя почувствую совсем плохо, тогда снова перейдешь на шаг».
– Любимый, ты убьешь себя, – Тина говорила жалобно и печально.
«Я крепкий и сильный, ты сама об этом говорила». Тина крепко обхватила его руками. Лошадь ускорила шаг и перешла на рысь. Теперь Кира заботило только одно, как не потерять сознание, от толчков все внутри переворачивалось, и дурнота волнами накатывала на него. Он искусал себе губы и уже не знал, от чего у него полон рот крови, то ли от прокушенной губы, то ли от внутреннего кровотечения.
Время растянулось в вечность, каждое мгновение стало длиной в год, который надо было прожить. Глаза его застилал кровавый туман, и он ничего не видел вокруг. Ослабевшие пальцы срывались с гривы лошади, и только заботливые руки Тины спасали его от падения,
– Мы приехали, – услышал он сквозь гул в ушах.
«Хорошо», – подумал он и провалился в спасительное забытье. Когда он очнулся, Тина сидела рядом, с грустью глядя на него.
– Здесь есть колодец и ведро, сейчас я тебя вымою. – Она стала старательно поливать его водой. Вода была приятно прохладной.
