— Я знаю, — Бора улыбнулась. — Тебе будут мешать твои раны, но они скоро заживут. У тебя большой долг перед Матерью-волчицей, она сказала нам, что еще погибнут пять волков. Мать-волчица сказала, что скоро ты покинешь этот мир, поэтому ты должен оставить нам волка, который станет нашим вожаком, — Бора замолчала, с тревогой глядя на него. — Я, кажется, сказала то, что не должна была говорить.
— Не беспокойся, я знаю, что должен скоро умереть, — Кир налил в кружку настой и предложил Боре. — Выпей, он снимает усталость. И что же вы ждете от нового вожака?
Бора улыбнулась:
— Мать-волчица сказала, что пришло время перемен. Ты принес племени гордость, ощущение силы и мужества. И племя волков уже никогда не будет прежним, твои дети изменят его.
— Мои дети… Как ты думаешь, куда она могла уйти? — спросил он задумчиво. Бора пожала плечами:
— Если она пошла одна в горы, то, вполне вероятно, уже мертва.
Кир удивленно посмотрел на нее:
— Откуда ты это знаешь?
Бора весело рассмеялась:
— Все волчицы знают это. С нами говорит Мать-волчица. А волки знают только сегодняшний день, но им и не нужно другого.
— Я не про это, откуда ты знаешь, что она погибла?
Бора с насмешкой посмотрела на него:
— Ты ее не чувствуешь. Из нашего города ведут всего две тропы, и обе охраняются. А идти в горы наобум, это— верная смерть!
Кир грустно покачал головой.
— Мне не хочется так думать, — сказал он. — Если тропы охранялись, почему вы пропустили нас тогда?
Бора усмехнулась:
— Потому что так повелела Мать-волчица.
Кир вздохнул и лег на плащ. Он еще долго не спал, глядя на сверкающие холодные звезды над головой. Бора лежала рядом, прижавшись к нему. Он чувствовал на своей щеке ее тихое дыхание. Когда она заснула, Кир снова погрузился в транс.
Он вернулся в тот день. Ила смотрела ему в спину. Она отвернулась, и тут он почувствовал еще кого-то рядом, это была женщина. Она что-то сказала Иле. Кир напряженно пытался услышать и понять, но неожиданно у него началась дикая головная боль, все, что он видел, расплылось и растаяло.
Кир вышел из транса и некоторое время просто лежал и смотрел в ночное небо. Боль понемногу прошла. Тогда он снова попробовал вернуться в этот момент, и снова боль помешала ему. Кир тихо выругался.
Сделав еще несколько попыток, он погрузился в полубред, вызванный болью, в котором он снова и снова возвращался в этот день, но так и не разобрал слов. Потом незаметно для себя заснул.
Утром, мрачный и невыспавшийся, Кир занялся своими ранами. Лечебная мазь людей-волков была гораздо хуже, чем его собственная. Рана на руке слегка загноилась, а на ноге никак не хотела закрываться, из-за нее у него поднялась температура и его бил озноб.
Он вскрыл кинжалом нарывы на руке, очистил их от гноя и смазал своей мазью. Рану на ноге он засыпал дезинфицирующим порошком и перевязал чистой тканью.
После этого он переоделся в запасные штаны, рубашку и куртку и сжег свою одежду, превратившуюся в окровавленные лохмотья, на костре.
Он еще раз убедился, что боги дают ему знание о будущем, надо только прислушиваться. Вчера, разговаривая с Борой, он видел где-то на краешке своего сознания ее в своих объятиях, чувственную и ненасытную в своих желаниях.
Он мог бы до мельчайших деталей описать место, где он умрет, жреца, который его убьет, и нож, который вонзится в его грудь, его позолоченную рукоятку и скалящийся череп на ее конце.
Рожденный в мире с развитой наукой, отрицающей бога, как он может разобраться во всем этом?
Вот лежит девушка, с которой разговаривает ее богиня и рассказывает ей, что будет через много лет, когда не будет самой этой девушки и всех, кто ее окружает. Кир усмехнулся своим мыслям и тронул Бору за плечо. Она мгновенно проснулась и грациозно потянулась всем телом, как большая кошка.
Бора вскочила на ноги и огляделась. Солнце еще только поднималось из-за вершин гор. Ее обнаженное тело мягко засветилось под его лучами.
— Ты мрачен, одинокий волк, — сказала она. — Но сегодня будет хороший день. Пойдем, нас ждут в храме.
Кир удивленно посмотрел на нее:
— В каком храме?
— Я разве не сказала тебе вчера? Ты будешь жить в храме Матери-волчицы, теперь ты не принадлежишь войне и охоте. Ты находишься под покровительством Матери— волчицы и принадлежишь ей.
Кир усмехнулся:
— Я принадлежу сам себе. Я сам выбираю свой путь.
Бора укоризненно посмотрела на него.
— Разве я сказала, что это навсегда? Возможно, я плохо тебе объяснила. Я расскажу тебе еще раз. Ты взял нас на охоту, на охоте погибли волки и волчицы. Значит, ты взял их жизни у племени, и теперь ты их должен вернуть. Это же просто, пойдем!
Кир покачал головой:
— Это просто для тебя. Я не доверяю богам.
— Это неправда, иначе ты бы не был здесь, — Бора улыбнулась и взяла его за руку.
Храм Матери-волчицы был огромен и стоял отдельно от остальных зданий. Время пощадило его, это было самое крепкое здание в городе.
