— Начинай, — провел рукой по своим волосам вьющимся и откинулся назад, прислонившись к деревянному изголовью кровати.
Ширинку расстегнул. А это еще зачем?
— Мелкая, не тормози. Хочу посмотреть, насколько ты можешь быть чувственной и внимательной.
Ого! А больше ничего не хочешь, блядь? Еще не хватало проявлять такие качества по отношению к тебе.
Однако нужно было действовать и, собравшись с духом, придвинулась к Кавьяру поближе.
Он цокнул от досады и, рванув меня за руку, усадил верхом на себя. Смутила меня эта поза безумно, а еще и ощутимый «стояк» грека не давал сосредоточиться, заставляя сердце загрохотать где-то в районе горла. Вот она — моя хваленая невозмутимость. Все псу под хвост. Умеет Кавьяр одним слабым движением бедер возбудить нечеловечески.
Опустила глаза, чтобы Клио меня не раскусил. Но он пальцем за подбородок голову мою приподнял и вновь улыбнулся, на этот раз нарочито обольстительно.
— Мне долго ждать, пока ты очнешься? — голос его зазвучал ниже. — Еще помедлишь — накажу.
Сразу же склонилась над греком и губами коснулась волос на груди. Щекотно. Чуть левее и выше подалась — легонько шею поцеловала и зубами прикусила кожу. Кавьяр задышал тяжелее и глубже. Мне понравилась его реакция. Это как будто я вдруг власть над своим мучителем возымела. Не знаю почему, но была уверена, что он догадывается о том, что я чувствую. И это снисходительное одобрение меня возбуждало жутко.
Покусывая шею грека, одновременно рукой правой поглаживала его предплечья, ощущая выпуклость вен. Отодвинулась и в лицо заглянула. Глаза его немного прикрыты были и сверкали из-под опущенных ресниц.
Уже немного смелее двинулась вниз — туда, куда уходила темная дорожка волос, скрываясь под поясом джинсов.
Кубики пресса вздрагивали от интенсивного дыхания Клио, и я, проведя пальцами по гладкой коже его живота, осторожно коснулась металлической молнии, несмело расстегнув ширинку до конца.
Посмотрела в глаза Кавьяра неуверенно, и он ободряюще улыбнулся. Когда потянула за пояс, грек приподнялся, помогая приспустить штаны. За ними и трусы последовали. Сидела я и таращилась на вздувшиеся вены эрегированного пениса Клио и не знала, с какой стороны схватиться. Поэтому замялась как-то.
Послышался вздох.
— Губами обхвати, — подоспела «инструкция по применению».
Наклонилась и выполнила приказ.
— Теперь втяни в себя, только не сильно, — прохрипел Клио, подавшись мне навстречу, и как только я это сделала, сдавленно застонал.
На этот раз не было так противно, но по-прежнему мне не хотелось заниматься этим. Поэтому, отодвинувшись назад, приподнялась и уставилась на грека, а тот лежал, раскинув руки в стороны.
— Какого черта? — открыл он глаза. — Разве я сказал прекратить?
Скромно потеребила джинсы Кавьяра, сбившиеся пониже бедер.
— Может, чем поинтереснее заняться? — я произнесла это вслух?
Да что ж это такое, а?
Осознав внезапно, что своим неприкрытым намеком на секс доставила греку огромное удовольствие, дернулась и сползла на пол. Там и осталась сидеть спиной к кровати.
— Летти, — тяжелый вздох. — Прошу, не порти атмосферу. Мне для того чтобы выйти из себя много не надо.
— Знаю, — бросила, не оборачиваясь. — Ну, не могу я минеты делать. Тошнит меня от этого… Извини…
— А сразу сказать нельзя было? — приподнялся и за бретельку лифчика меня потянул, заставляя встать. — Нечего нюни распускать.
— И не собираюсь.
Клио хохотнул.
— Бля, и откуда в тебе столько жизнерадостности? — проворчала себе под нос.
— Оттуда, откуда и твое уныние, — улыбаясь, ответил.
Непонимающе заморгала. Кавьяр глаза закатил.
— Боже, Летти. От природы я жизнерадостный, понимаешь? От природы.
— Да ясно-ясно, — руки подняла.
— Возвращайся-ка на место, — недвусмысленно намекнул Клио на свой пах.
Короче, меня не услышали. Как всегда.
Однако грек не стал ожидать действий от меня, а быстро стянул мои джинсы, затем, повалив на спину и наклонившись, неожиданно впился в губы. Не с нежностью, конечно, но все-таки безболезненно. Как печать поставил и лег сверху, прижав к кровати. Язык Кавьяра скользнул по зубам и коснулся нёба. Влажный и обезоруживающий, бесконечно долгий и напористый поцелуй, от которого я совсем голову потеряла. Даже ерзать от нетерпения начала, а Клио на секунду отодвинулся, улыбнулся хитро и вновь поцеловал. Так непривычно было, прямо женщиной себя почувствовала. Вспомнила, что грудь у меня есть, и она может гореть от чувственных мужских прикосновений. А еще внезапно поняла, что Кавьяр оттягивает момент, распаляя меня все больше.
И чего пытается этим добиться?
Но последнее его действие просто сразило наповал. Нет-нет, убило к чертям собачьим!
Ноги мне раздвинул, устроился между ними и уперся членом в трусы мои. У меня прямо глаза на лоб полезли от желания. А Клио все терся и терся, взглядом прожигая насквозь. Видно было, что сам едва сдерживается. Но все же Кавьяр по-прежнему оставался в таком положении и, как мне казалось, уже целую вечность.
— Ну что, сколько еще протянешь? — усмехнулся и сказал так хрипло, что меня в жар бросило.
— Не… Не могу… Больше… — выдохнула, чуть не плача.
