– Его зовут Виталик, и он временно у меня живет. Временно, пока разводится со своей женой.
Я деликатно промолчала, думая про себя о том, что моя сестра со своей внешностью и со своим умом могла бы найти мужчину более свободного и с каким-нибудь более привлекательным именем. Слово «Виталик» резало мне ухо, и перед моими глазами предстал немолодой потрепанный мужик в трениках с вытянутыми коленками.
Но, к моему удивлению, Виталик оказался вовсе не таким, каким я себе его представляла. Дверь в квартиру, расположенную на шестом этаже десятиэтажки, нам открыл молодой человек в джинсах и без футболки.
Я сразу уставилась на его плоский живот, усыпанный кубиками пресса, и невольно облизнула губы. Мне показалось, что моя первобытная реакция на его внешний вид не укрылась от молодого человека, поэтому я сразу отвела глаза от Виталика. – Знакомьтесь, это моя сестра овечка. Ой, то есть – Ирка, – Аленка расхохоталась от своей же произнесенной вслух глупости, – Она будет жить у меня, пока не поступит в универ и не переедет в общагу. В общем, ребята, знакомьтесь, а я погнала на работу.
Моя сестра говорила это таким голосом, как будто бы ехала в какой-нибудь офис, расположенный в Москва Сити для того, чтобы работать там на важной должности и принимать какие-то бизнес-решения.
На самом деле, Аленка поехала в кафешку, где разносила еду за зарплату и редкие чаевые.
Квартира в Перово оказалась достаточно небольшой для того, чтобы в ней могли обитать сразу три человека. Но в какие-то времена у Аленки могли поселиться сразу и по пять-шесть человек. Наши родственники не знали меры и перли в столицу по всевозможным причинам, мешая налаживанию личной жизни моей сестры.
Аленка умотала из дома, а я осталась один на один с Виталиком, статус которого в отношении моей сестры мне так и оставался неясным. Молодой человек демонстративно уселся на небольшой кухне на табуретку, а потом просто сверлил меня взглядом, пока я выкладывала из многочисленных сумок банки и коробки.
В какой-то момент я посмотрела в лицо Виталику, он улыбнулся, сладко потянулся, сверкнув перед моими глазами кубиками пресса, а потом лениво спросил:
– Может, потрахаемся?
Если бы моя нижняя челюсть добралась до пола, было бы слышно, с каким грохотом она на него опустилась. Я была поражена этим вопросом, но еще больше поражена выражением лица Виталика, который хладнокровно смотрел на меня, как будто ожидал что я отвечу ему, как пройти в библиотеку.
– А что, у вас тут так принято – с порога сразу трахаться?
Виталик рассмеялся, увидев мое вытянувшиеся лицо, а потом махнул рукой:
– Да, ладно, я пошутил, не обращай внимания. Это мой такой столичный юмор. Можно назвать его «юмором от Виталика».
Но мне почему-то было не смешно. Я посмотрел на него, а потом снова скользнула взглядом по его накаченному прессу.
Он внимательно проследил за моим взглядом, а потом похлопал себя по животу:
– Ну я же вижу, как ты на меня смотришь. Ну, так что, может быть, давай? Без лирических отступлений, мы просто реально возьмем и трахнемся?
– А можно я хотя бы приму душ? – уточнила я, хотя не была уверена в том, что отвечу согласием на такое далеко не деликатное предложение Виталика. Я видела его от силы полчаса, а впечатлений от него была масса.
– Да не вопрос. Я тебе и спинку потереть могу, – сказал он, и, встав со стула, одним движением сбросил с себя легкие спортивные штаны, а вместе с ними и трусы. Я уставилась на его член, который болтался между ног и выглядел весьма впечатляюще.
До этого момента голый мужской член я видела в далёком детстве, когда проходила мимо мужской бани. Потом, конечно, я видела много чего в интернете, но вживую настоящий пенис – я видела впервые, при этом это был мой первый день в Москве.
Сказать, что я получила массу впечатлений от столицы и ее обитателей в первые же часы после своего приезда, означало – не сказать ничего. Я была в глубоком шоке, стоя посреди кухни с банкой соленых огурцов в руках и глядя на член, который на моих глазах увеличивался в размерах.
Я судорожно искала повод, по которому мне надо было покинуть квартиру своей сестры. Я думала, что может стать веской причиной для моего побега, но в голову не приходило ничего приличного, а член при этом раздувало все сильней.
Виталик смотрел на меня так, как будто успел к моему приезду захватить мир, а я все никак не могла избавиться от банки с огурцами.
Сказать ему о том, что я была девственницей, я не могла. У меня просто не поворачивался язык, как будто намертво прилипнув к небу.
Вместо ответа я быстро поставила банку на стол, а потом пулей вылетела из квартиры. Сердце колотилось где-то в районе горла, а перед глазами всё ещё стоял член Виталика, поднявшийся и поравнявшийся с пупком. Это зрелище еще несколько часов не отпускало меня.
Я набрала номер Аленки, которая только вышла из метро, чтобы пойти на работу.
– Что случилось? Почему ты мне звонишь?
– Твой Виталик предложил мне потрахаться. Это нормально?
