Она ушла. На самом деле, представляя масштабы этого здания, я была уверена, что Верита будет долго искать Гервина. Но она вернулась всего минуты через три. А по тому, каким бледным теперь выглядело её лицо, сразу стало понятно ‒ что-то случилось.
– Я не должна тебе этого говорить, – взволнованно выдала женщина, опершись спиной на дверь. – Но если не скажу, то он может наделать глупостей. Да таких, которые уже никогда не получится исправить.
– Что такое? Что говорить? Верита!
Я даже попыталась встать с кровати. Но на первом же шаге повалилась обратно.
– Ох, Кэт, – ведьма тут же оказалась рядом, и теперь в её глазах отражалось сомнение. – Куда я тебя такую потащу?
– А куда ты собралась меня тащить? – спросила я. – Что вообще происходит?
Некоторое время она молчала, явно пытаясь найти правильное решение. Но потом вздохнула и сказала:
– Как я поняла, на дворец напали солдаты герцога. Когда искала Гервина, одна горничная шепнула мне, что он сейчас в малой гостиной первого этажа. Там, куда привели арестованных Даворских. Твоего отца… маму и брата.
Я вздрогнула и снова попробовала подняться. А Верита даже не подумала останавливать. Наоборот. Сама помогла мне встать. Поправила на мне местами порванное платье, которое, к счастью, я ещё не успела снять. И повела к выходу.
На этот раз нас тоже попытались остановить охранники у двери покоев, но ведьма шепнула пару слов, и оба айва просто отвернулись, будто мгновенно о нас позабыв. И всё же меня Верите пришлось почти всю дорогу тащить на себе. Была б она магом, смогла бы применить левитацию. А ведьмам такое, увы, было недоступно.
У двери в ту самую гостиную тоже обнаружилась охрана. Но они нас останавливать не стали. Более того, видя нашу процессию, предложили помощь, от которой Верита благополучно отмахнулась. Вот только, едва мы переступили порог, и я застыла, поражённая открывшейся картиной.
Вдоль стен стояли стражи-айвы, в дальнем конце комнаты в кресле сидела напуганная мама, а посреди этой небольшой гостиной на коленях перед взбешённым Гервином стояли мои отец и брат.
Едва заметив меня, принц сорвался с места и почти сразу оказался рядом. Подхватил на руки и без слов понёс на выход. На Вериту он и вовсе не обратил внимания, хотя она семенила следом.
– Что там происходит? – требовательно спросила я. – Гервин, почему мой папа…
– Кэт, это допрос военного времени. Он всегда проходит вот так. На нас напали солдаты твоего отца, и это само по себе можно считать объявлением войны лично мне.
Герв говорил быстро, чётко, без каких-либо сантиментов. Он не пытался защитить меня от этой информации. Сейчас сам был на взводе.
– Он не мог такое приказать, – я в этом даже не сомневалась.
– Мы обязательно выясним. Но для этого нужно знать факты. Пока эти самые факты говорят не в пользу твоего отца.
До покоев мы добрались очень быстро. В спальне Гервин опустил меня на кровать и уже развернулся, чтобы уйти, но я его остановила.
– Это не папа! – ещё раз попыталась убедить принца. – Он благосклонно принял тот факт, что ты меня забрал. С его стороны нападать на дворец крайне нелогично. Ты ведь мог бы поговорить с ним нормально.
– Не учи меня делать мою работу! – строгим тоном выдал Гервин и посмотрел так, что я отшатнулась.
Принц на пару мгновений зажмурился, а когда открыл глаза, его взгляд снова стал почти спокойным. Некоторое время он просто стоял у постели, но потом всё же присел на её край и взял меня за руку.
– Кэт, я понимаю, что ты хочешь защитить свою семью. Но пойми и меня, я не имею права на ошибку. Сегодня пострадали мои люди. Пятеро тяжело ранены. Кэтрин, это не шутки, это серьёзная спланированная диверсия. Тебя саму едва не убили!
После этих слов он вдруг привлёк меня к себе, обнял крепко, но бережно, и уткнулся носом мне в висок.
– Я виноват перед тобой.
– В чём? – не поняла я.
– На тебя напали в моих покоях. Там, где ты должна была находиться в полной безопасности. Я не смог тебя уберечь. Ни одному из своих солдат я бы такое не простил.
Он был напряжён и взвинчен, но при этом старался внешне оставаться собранным и уверенным. А ведь Аск, когда ему было плохо, чаще всего просто язвил. Но Гервин даже этого себе позволить не мог.
– Кэт, наш союз не подтверждён. И я даю тебе право разорвать связь. Подумай до утра.
Я была настолько обескуражена этим заявлением, что просто растерялась.
– Ты же наверняка не знал, что в стене в спальне есть потайная дверь, – ответила, обняв его за шею. – Откуда тебе было это знать?
– Значит, ты видела того, кто разбил флакон с ядом? – чуть отстранившись, поинтересовался принц.
– Видела, – кивнула я. – Это был Виктор Гариди. Он уговаривал меня уйти с ним. Сбежать от тебя. Врал, что любит и жить без меня не может. А потом спросил, спала ли я с тобой… и я сказала ему, что да. Вот после этого он и разбил тот злополучный флакон.
Гервин слушал внимательно, но отвечать не спешил, а я решила добавить:
– Если бы кто-то из моей семьи был причастен к нападению, меня бы точно не стали убивать.
