Гранц вздрогнул и обернулся, непонимающе глядя на хохочущего демона. Учёный лихорадочно прокручивал в голове последние события, пытаясь понять, что же вызвало приступ веселья у спутника. Но тот лишь махнул рукой и пошёл дальше, всё ещё посмеиваясь.
У входа в лабораторный комплекс Араталь неожиданно резко остановился, смотря куда-то под ноги. Заэль с любопытством глянул вниз. Под дверью лежала связка чеснока и цветастая открытка. Слайсер чуть дёрнул кончиком хвоста и ловко подцепил им связку, после чего подобрал открытку и открыл. На несколько мгновений лицо демона вытянулось от удивления, потом резко помрачнело, а после Араталь снова рассмеялся.
- Что там??? – Нетерпеливо спросил Заэль.
- Лисёнок балуется. – Отозвался демон. – Фигнёй страдает. Держи. – Слайсер скинул на руки Гранцу связку чеснока. – Денешь куда-нибудь.
Арранкар хотел было что-то возразить, но Араталь уже ушёл вперёд, не собираясь слушать свою игрушку. Заэль недовольно хмыкнул, неспешно поплёлся следом. По мнению учёного, Араталь ни с чьим мнением не считался вообще. Мог, конечно, выслушать, но, в большинстве случаев, если это не приносило какой-либо выгоды в планах самого демона, он не брал его в расчёт. Это раздражало.
И в то же время Араталь не стремился к власти. О, нет, он наблюдал, изучал и развлекался. И одновременно осторожно создаёт вокруг себя небольшой отряд верных ему арранкаров. И Заэль на этот счёт иллюзий не держал – отряд нужен исключительно как щит, чтобы выиграть время, если случится что-то непредвиденное. Никакого другого интереса они для демона не представляют. Возможно, Заэль и предупредил бы своего старшего брата, что бы тот держался подальше от демона, но… это бы означало пойти против воли своего хозяина, а учёный бы уже не посмел этого сделать. Да и, если Ильфорте перестанет быть нужным, то Араталь от него, скорее всего, избавится. Не важно, убьёт ли или же просто мягко отодвинет в сторону от основных действий. Заэль бы не решился точно сказать, чтобы выбрал демон.
Качнув головой, младший Гранц выкинул из головы неприятные мысли. Лучше было не задумываться о том, кто какое место занимает в мысленном списке демона. Это давало хоть какую-то иллюзию защищённости.
Через час Заэль и Араталь были в тронном зале. Демон скучающе рассматривал потолок, пока Октава «любезно общался» с Квинтой, на деле же проверяя остроту собственного языка и, судя по раздражению Пятого, всё проходило более чем успешно. Араталь тихо чихнул и потёр нос, после чего дёрнул пару раз хвостом. Восьмой, тем временем, вернулся к демону, довольно ухмыляясь.
- Ну, какие вести ты принёс? – Араталь лениво покосился на Гранца.
- Улькиорра, Ямми, Гриммджоу и Люппи поймали какую-то девку и привели сюда. Ещё новенького прихватили зачем-то.
- Ясно, то есть мы просрали всё самое интересное. Какая досада. – Араталь горестно вздохнул и поднялся. – А если серьёзно, не многовато ли народа для одной смертной «девки»?
Заэль пожал плечами.
- А мне откуда знать? Посмотрим, вдруг что интересное.
- Так-то так. – Кивнул Араталь. – Главное чтоб нам опеку о ней не вручили. Не хочу болтаться с человечкой, они все такие хрупкие…
- Да вряд ли. – Отмахнулся Октава. – Скорее Куарто будет с ней возиться. Он же у нас исполнительный. – Восьмой презрительно фыркнул и сложил руки на груди. О Четвёртом он был не лучшего мнения. Впрочем, мысль о возможной ответственности за пленницу его тоже нисколечко не прельщала – придётся забросить свои прогулки в мир живых. А этим младший Гранц был не готов жертвовать ради какой-то девчонки. Да что там, он вообще ничем не был готов жертвовать ради какой-то девчонки!
Араталь покачивался с пятки на носок и обратно, раздумывая, как быстро поменяет своё мнение Заэль, когда приведут человечку, и насколько сильно будет его желание «изучить её, целиком и полностью!». Впрочем, все выкрутасы Октавы на раз лечились методом хорошего пинка и сильного подзатыльника. Проверено на практике, так сказать. Манера общения тут же становилась нормальной. Впрочем, спектакли Заэля ничто, по сравнению с играми, которые устраивал один знакомый демон со своими контракторами или жертвами. Араталь поёжился, по телу пробежалась волна мурашек, а чешуя на хвосте чуть дыбом не встала от неприятных воспоминаний.
