Народ переговаривался, перешептывался и переглядывался. Я не вслушивалась в то, о чем они говорили, но одно слово различила совершенно отчетливо – “Мария”. Потом, когда мы уже подходили к дверям, совсем рядом женщина произнесла “скажите Марии!”.
– Зря я привел вас сюда, – покачал головой Динар. – Мне нравится здешняя кухня, но я совсем забыл о публике.
– Почему они так реагируют на ваше присутствие?
– Во-первых, Нейтвилл довольно беден. Между Торнами и остальными жителями настоящая денежная пропасть. Дрейк тратит сумасшедшие суммы на благотворительность и поддержку города, но ведь вы и сами понимаете, как все бывает… мы открыли библиотеку в центре, в здании бывшего и давно уже не действующего лепрозория. Хорошая библиотека, книги в нее везли даже из столицы. Но отношение к нам не изменилось ни на йоту – жители Нейтвилла уверены, что и библиотека, и другие улучшения положены им законами Кандегории. А вешать таблички “создано при поддержке рода Торн”, право, как-то неловко.
– Но ведь ненависть не берется без причин.
– И то верно, – улыбнулся Динар.
Нас проводили к столику на втором этаже. Сверху был виден весь зал, просторный и шикарный. Пожалуй, я могла отчасти понять ненависть к тем, кто вот так запросто приезжал сюда завтракать. Мне подали меню без цен, но даже так я поняла, что обычному человеку придется работать полгода за горячее здесь.
– Мы – карханы. Сам по себе этот факт не является каким-то примечательным. Карханы, люди, ингвары – кто только не живет на свете. Но так уж вышло, что карханы имеют звериную ипостась. В общем, люди нас не понимают, а потому приписывают всякие ужасы. В лесу водятся волки, но… если у кого-то загрызут домашний скот, виноваты в этом будем мы. Скажите, Лилиана, вы можете представить, чтобы Дрейк покусился на несчастную курицу простого фермера?
Я фыркнула, ибо второй ипостаси карханов не знала, и представила просто Дрейка, на четвереньках прыгающего в загон к курицам.
– А иной раз случаются трагедии. Чаще всего с лихой молодежью, которая, выпив, становится бесстрашной и – по их мнению – бессмертной. Звери, холод и близость к рудникам могут довести до беды. Но даже если последний забулдыга будет найден замерзшим у порога собственной халупы, спустя пару часов в слухах обязательно появится кровожадный кархан. Люди почему-то считают, что нам нравится убивать. Хотя я, пожалуй, предпочту шахматы.
Официант принес приборы и кофе. Я вдохнула пряный аромат с нотками корицы и подумала, что, пожалуй, смогу полюбить этот день.
– Играете? – спросил Динар.
– В шахматы? О, нет, совершенно не моя игра. Я предпочитаю активные развлечения.
– Жаль, – усмехнулся Динар. – Может, пожелаете обучиться? С удовольствием преподам основы.
– Возможно. Говорят, порой у вас бывают снежные бури. Во время одной из таких лучше всего сидеть у камина за шахматной доской.
Вскоре принесли заказ: тонкая лепешка с креветками и апельсинами, сырные рулеты с ежевикой и хрустящий поджаренный хлеб. Я с удовольствием погрузилась в мир неизведанной кухни. Наслаждалась и обстановкой, и необычными блюдами и даже компанией – Динар бесстрастно и спокойно комментировал завтрак и вежливо интересовался, какой кофе я предпочитаю.
– Так странно, – наконец не выдержала я, – вы из одного рода, но совсем не похожи. Дрейк веселый и простой, Райан… напористый, взрывной. Кендар хмурый и молчаливый. А вы – спокойный, рассудительный. Как так получилось? Разное воспитание?
– Характер кархана формирует не только воспитание, но и его вторая сущность. Кендар, Дрейк и Райан – темные карханы, я – серый.
– А Джессен и Айла?
– О, вы уже научились нас отличать от людей? Айла не рассказывает о своей ипостаси почти никому. Они оба белые.
– Как выглядит ипостась кархана? Если… то есть, если это уместный вопрос.
– Это нужно видеть, Лилиана. Мы все довольно разные, как и люди. Разве можно описать всех людей?
– Можно, – не согласилась я, – два глаза, две руки, две ноги. И так далее.
Динар рассмеялся и на пару секунд задумался.
– Что ж, у карханов два глаза, четыре лапы и…
– Хвост? – подсказала я.
– У некоторых.
– Вот оно что…
– Вы так мило любопытничаете, что я почти готов раскрыть все наши секреты.
– Мне было бы приятно.
– Боюсь, я даже не подозреваю о том, какая информация для вас – тайна. Дрейк попросил показать вам город и смылся, совсем не оставив указаний. Вдруг я раскрою какой-нибудь важный семейный секрет? Что думаете об этом?
– Думаю, что вы прекрасно знаете, какая информация не предназначена для моих ушей, но подталкиваете меня задавать вопросы.
– И мысли нет провоцировать. Впрочем…
Когда официант унес со стола пустую посуду, оставив лишь чашки и вазочку с шоколадными конфетами, Динар полез во внутренний карман пиджака. Извлек небольшую коробочку и поставил передо мной. Коробочка была темно-фиолетовой, удивительно подходящей к тону платья. От этой мысли меня пронзила легкая дрожь – Динар словно знал, что я выберу для поездки с ним.
Хотя по-моему у меня уже начиналась паранойя.
– Что это?
– Где же ваше любопытство? Откройте, узнаете.
