Брат завыл. Двери продолжали медленно, но верно съезжаться. Ещё немного и брата передавит напополам.
Меня ударило и отбросило к стенке. По лицу поползли горячие капли. Отец дал выход своей ярости и кинулся к Рэмиану. Энергия и его тело устремились в одном направлении. Рэмиан кинулся под ноги отцу, кубарем сбив его с ног. Мгновенная передышка, которой хватило, чтобы Рэм успел ударить себя по шее и вырезать маскирующий чип.
Воздух сразу же наполнился его энергией. От которой завибрировали все, до единой клеточки, моего тела. Знакомые, любимые вибрации… Яркие всполохи где-то глубоко под кожей. Мгновенная эйфория узнавания и страх… Потому что отец устремляется чёрным смерчем, полыхая от негодования.
На заднем фоне я слышу Кастора, зовущего на помощь. На его крики сбежались те, кто пришёл с отцом. И начинается вакханалия. Энергии полей схлёстываются. Их можно легко различить. Все они «звучат» по-разному. И сила их тоже разная.
Кастора оттаскивают в сторону.
Один из дагоррианцев придерживает раненого брата, который всё ещё сжимает пистолет. Кастор шарит рукой по карманам, ища запасной блок с патронами. Двое дагоррианцев пытаются помочь отцу, который схлестнулся в поединке с Рэмианом.
Внешне они выглядят как застывшие фигуры на игровой доске…
Но энергия волн нещадно бьёт. Они сшибаются друг с другом, пытаясь одолеть противника.
В моей голове противно звенит. Надо сделать хоть что-то… Отец ударил сильно, как будто пробил брешь. Я собираю остатки сил, понимая, что Кастор перезаряжает пистолет. Щелчок. Дагоррианец надрывно кричит в передатчик, вызывая подмогу.
Кастор поднимает дуло пистолета, прицеливаясь. Он хочет одним выстрелом завершить всё. Я понимаю, что нужно сделать. Кокон энергии полей Рэмиана и отца мне не пробить. В том направлении я даже не пытаюсь приблизиться, потому что напряжение огромное. Меня просто сомнёт, как бумажный шар, и вышвырнет…
Я устремляюсь потоком к разуму брата. Закрываю глаза, чтобы не видеть ничего. Я смотрю сейчас иначе: проникаю в его сознание, перехватывая контроль. На мгновение меня начинает топить в ярких, брызжущих эмоциями мыслях Кастора, но я усилием воли давлю зачатки жалости. Они с отцом потоптались по моей душе, изорвав её ложью и насильственным удержанием в неволе. Настало моё время отплатить тем же. Кастор не понимает, что происходит. Его руки не подчиняются воле его разума. Он пытается удержаться, но не может…
Я знаю, что сейчас по его красивому лицу катится пот, что знакомые черты исказила гримаса беспомощности и злости, потому что он резко дёргает дулом пистолета в сторону и стреляет в голову того дагоррианца, что вызывает подмогу. Выстрел и брызги красного.
— Ке-е-е-ейт!.. — потрясённо кричит Кастор, понимая, откуда исходила прямая директива приказа.
Он резко вскидывает руку, пытаясь перехватить контроль над своим телом. Он — яростно ненавидящий и страстно желающий то, что никогда не будет ему принадлежать. Он пытается вырвать хотя бы это мгновение своего торжества…
Которого не будет. Прости…
Выстрел звучит оглушительно громко и безжалостно. Тишина кажется особенно гулкой. Теперь брата, даже фальшивого, у меня нет…
Потому что я знаю (пусть это кощунство, но это так): праздник только с нею, только тогда, если она будет рядом, плечом к плечу. А без неё завтрашнее солнце будет только кружочком из жести, и небо — выкрашенная синим жесть, и сам я.
План почти сработал идеально. Небольшая осечка. С моей стороны. Хотелось дать Кейт понять, чтобы она держалась в стороне. Потому что её папаша — просто конченый уёбок, если втянул свою родную дочь во всё это. Климент Роу — силён.
Его сила и ярость наполнены злобой обречённого на смерть.
Ему нечего терять, потому что он уже кажется мне потерянным… Выстрел звучит очень громко. И среди творящегося хаоса я различаю отголоски эмоций Кейт.
Потрясение, шок, мгновенная радость и тоска, раскаяние. Девочка моя, твои родные не стоят ни секунды твоих сожалений. Пора кончать с этим балаганом, надоевшим мне до зубного скрежета.
Я вытягиваю на поверхность всё, вкладывая в удар всю силу и мощь. Нужно с одного раза разорвать путы, которыми меня удерживает отец Кейт, и смести в сторону назойливых мошек, трущихся рядом. Их дополнительная атака скорее выматывает, заставляет распыляться на несколько фронтов сразу же. Я отпускаю на мгновение защитные блоки и стягиваю энергию в единую точку, сжимаю и резко распрямляю, как будто ударяю кулаком сверху по столу.
Оглушительный взрыв и волна следуют за моим ударом. Они прокатываются очень далеко и вытягивают из меня силы. Противники падают, бьются в судорожной конвульсии. Красным заливает их лица. Булькающие хрипы доносятся из горла.
Надавить ещё немного и прекратить даже эти последние предсмертные мгновения их убогих жизней.
