«Что ты задумал? Нью-Кройдону конец, океан доедает его! Этьен, мальчик мой, все юго-западное побережье империи под водой, что-то ужасное происходит! Зачем ты остаешься? Ради Евы? Но у вас же с ней все кончено!»
— Агнесс, я должен. Мальчик вырос и может принимать решения. Помнишь, чему ты меня учила?
«Твое безрассудство погубит тебя! С океаном не совладать, даже если ты позовешь на подмогу всех своих големистов!»
Хмурое лицо Этьена светлеет. Он обнимает Агнесс и торопливо целует ее в губы.
— Ты умница, богиня моя! Ох, какая же ты умница!
Она смотрит на него непонимающе и испуганно.
«Что? О чем ты? Стой, Этьен… Что у тебя с руками?»
— Это подарок, Агнешка. Очень дорогой подарок. А благодаря тебе у меня появилась прекрасная идея.
Женщина поникает, горбится, отворачивается.
«Ты у меня мотоцикл оставил в прошлый раз. Я на нем и приехала. Две полные канистры бензина пристегнуты к багажнику. Гостиница “Заря империи”, запомни. Я тебя буду ждать, мой мальчик».
Она медленно уходит, и ее шаги долго звучат в коридорах. Этьен считает до тридцати, делает глубокий вдох, спокойный выдох и возвращается в комнату к прерванной беседе.
— Я знаю, что делать, — сообщает он, садясь за стол между Брендоном и Аланом.
Этьен говорит долго и уверенно, и в серых глазах отца и сына снова появляется надежда. Брендон будит Еву, Этьен излагает ей свою идею. Девушка вдумчиво слушает, долго молчит, потом вздыхает и подводит итог:
— Да, это вариант. Но голему просто так не выстоять, и управлять им будет крайне тяжело. Можно сделать надежнее, но тогда — верная смерть.
«Ева, мы должны это остановить! — в отчаянии жестикулирует Брендон. — Ты же сама слышала, что Алан говорил. Океан всё выше, угроза другим городам империи очевидна!»
— Я одна не справлюсь, — отвечает она с затаенным страхом в голосе и отворачивается к окну.
За окном проплывают один за другим три дирижабля. «Кто-то спасся», — думает Эвелин. И вспоминает, как отец радостно говорил при встрече, что достал билеты на цепеллин, летящий в Олсен-сити, и мама с близнецами теперь в безопасности. Ева и Этьен не смогли сказать им с Аланом правду.
— Послушай, — нарушает повисшее молчание Этьен. — У нас нет другого выхода, Ева.
— Я знаю, — глухо отзывается она.
— Тогда расскажи, как сделать это надежнее.
Девушка оборачивается. Бледная, глаза блестят от слез. Смотрит на вечно юное лицо отца, на руки Этьена, исчерченные едва поджившими порезами, на нервно постукивающего пальцами по столу Алана.
— Вы понимаете, что мы умрем?
«Я умирал дважды, — грустно усмехается Брендон. — Поверь, родная, это не самое страшное на свете».
— Папа! — в ужасе восклицает девушка и заливается слезами.
Этьен подходит к ней, кладет руки на плечи, заглядывает в лицо.
— Если б я мог, я сделал бы все за тебя. Но такой силы, какой обладаешь ты, нет ни у кого, — тихо говорит он. — Только ты сумеешь засунуть чудовище туда, откуда оно выползло. В глубину. Я готов отправиться туда сам, если это увеличит наши шансы.
Ева всхлипывает, проводит ладонью по щеке Этьена. Синие глаза вудупанка смотрят спокойно и уверенно.
— У нас все получится. И мы уцелеем, мисс Фланнаган. Только расскажи, что нужно сделать.
— Этьен, я хочу тебе сказать…
— Потом, Ева. Давай сперва дело. Алану скоро возвращаться на борт, он должен знать, к чему готовиться. Да и нам надо покинуть этот дом.
Девушка понуро кивает, опускает руки. Подходит к столу, садится напротив Брендона.
— Если просто создать огромного голема, он будет непрочным. Ему нужно живое сердце внутри, — начинает объяснять Эвелин. — Тогда он устоит. Живой организм держит удар и действует куда лучше чучела. Сердцем голема должен стать посредник между живым миром и миром мертвых.
Она умолкает и опускает глаза.
«Я понял, родная, — улыбается Брендон. — Да, я готов».
— Это еще не все. Для того чтобы управлять големом удаленно, нужен еще один человек. Подобие куклы вуду. Он примет на себя основной удар Анве. Будет чувствовать все то, что чувствовал бы голем, окажись он живым.
— Я? — оборачивается Этьен.
— Нет. Это буду я, — отрезает Ева. — Ты не продержишься против моего хозяина и минуты. Алан, теперь ты. Твоя задача — нанести удар, как только Анве будет уязвим. Я не знаю, хватит ли у меня сил сделать это, но как только представится шанс — бей. Сколько взрывчатки на борту «Мнемозины»?
— Достаточно для того, чтобы пустить на дно имперский морской флот, — безжизненно отвечает Алан. — Ева, ты понимаешь, что после взрыва…
— Заткнись, — перебивает его сестра. — Здесь все всё понимают, и не надо лишний раз…
В дверь негромко стучат, и голос Фредерика вежливо окликает:
— Господин Легран, мистер Фланнаган, нам пора уходить. Простите, что напоминаю.
— Да, мы идем, — отвечает Этьен и поворачивается к Еве. — А моя роль какова?
Не говоря ни слова, девушка выходит за дверь. Отец с братом следуют за ней. Проходя мимо Этьена, Алан невесело усмехается и хлопает его по плечу.
— А вам, мистер Легран, видимо, придется свечку держать.
На крыльце Этьен сухо прощается с отчимом, обнимает мать и Агнесс, благодарит хозяев дома за гостеприимство.
