– Я не один. Со мной семья моей невесты, двое детей. Я не могу их оставить.
Фредерик бросает на Алана и Элизабет взгляд, что-то прикидывает.
– Тогда подождите здесь, я постараюсь урегулировать.
Он уходит быстрым шагом, стуча каблуками дорогих туфель по мозаичному полу зала ожидания.
– Тебе надо было соглашаться, – мягко говорит Этьену Элизабет. – Ты же еле на ногах стоишь.
– Если кому тут и положены привилегии, так это точно не мне, – усмехается он. – Зато теперь есть шанс, что нам не придется коротать время на голом полу. Вон мистер Фланнаган, идемте к нему.
Они пробираются через толпу к стене, возле которой их ждет Брендон с близнецами. Сибил и Уильям сидят на корточках, закутавшись в одно одеяло. С мокрых кудрей капает вода. В руке Брендон держит три картонных талона. Когда Элизабет подходит, он вкладывает их ей в ладонь.
«Родная, это на завтрашний рейс. Три места на полуденный экспресс в Олсен-сити. Солдаты говорят, что там сухо и солнечно».
– Почему три? – растерянно спрашивает Элизабет. – Нас же шестеро… и Этьен…
– Мам, ты летишь с мелочью. Мы уже это обсуждали, – вздыхает Алан.
– А мы с мистером Фланнаганом и Аланом найдем Эвелин и постараемся все уладить, – тоном миротворца добавляет Этьен.
– Найдешь – убей эту тварь, – раздается за спиной.
Легран и Фланнаганы тут же оборачиваются на голос. Ларри, големист, пошатываясь, стоит рядом с ними, и взгляд его откровенно враждебен.
– А почему ты не с ней, Легран? – дурашливо улыбаясь, спрашивает он. – Ты же сам взрастил эту ведьму, так почему…
– Замолчи, – ледяным тоном перебивает Этьен. – Ты пьян.
Предчувствуя драку, за спиной Ларри начинает собираться народ. Близнецы прижимаются к отцу, смотрят на големиста со страхом.
– Да она тебя обставила! – хохочет Ларри. – Доктор Легран, тебя провели, как мальчишку! Эй, люди! Идите сюда! Поприветствуйте человека, благодаря которому ваш город поглощает Анве!
Этьен выпрямляется, расправляет плечи и собирается что-то ответить, но Элизабет опережает его. Она делает шаг к Ларри и бьет его кулаком снизу в челюсть. Рослый сорокалетний мужчина валится назад, взмахнув руками.
– Профессионально! – выдыхает кто-то.
Элизабет обводит гомонящую толпу злым взглядом.
– Что собрались? – выкрикивает она. – Давно пьяных не слышали? Пойди проспись, мистер! Этот человек спас моих детей! Еще одно оскорбление в его адрес – и я за себя не ручаюсь!
Лари садится, стирает кровь с прикушенной губы.
– Твоих детей? Этих близняшек? А, миссис Фланнаган, мать Евы! Девка ведьмой в тебя уродилась?
И тут же удар Алана опрокидывает его навзничь. Парень рывком поднимает Ларри на ноги и молча тащит к полицейскому патрулю недалеко от выхода из зала ожидания. Они обмениваются парой фраз, и Алан возвращается обратно уже один.
– Спасибо, – сдержанно благодарит Этьен.
Через несколько минут к ним подбегает Фредерик с дежурной улыбкой на губах.
– Господин Легран, я все урегулировал! Будьте нашими гостями вместе с друзьями. Я распорядился подать две машины, пойдемте к выходу.
Алан обнимает Элизабет, затем Брендона и близнецов, жмет руку Этьену.
– Я возвращаюсь на «Мнемозину». Через два часа летим в столицу, Коппера вызвали на имперский совет. Мама, мелочь, я приду проводить вас завтра. Люблю вас.
Они расходятся, Алан бежит к платформе, у которой пришвартована «Мнемозина». За ним из толпы пристально наблюдает пожилой сухощавый мужчина с военной выправкой. Щурит неприятно водянистые глаза, удовлетворенно кивает своим мыслям. Записывает что-то в блокноте, глядя на расписание дирижаблей, и покидает зал ожидания.
– Мистер Фланнаган, ну что вы ходите из угла в угол? – В голосе заместителя мэра скользит насмешка. – Здесь нам ничего не угрожает, расслабьтесь. Подумаешь, дождь.
Брендон поправляет воротник рубашки, выглядывает в окно, слегка сдвинув в сторону штору.
«Прошу меня извинить, сэр. Не получается быть спокойным, когда объявлена всеобщая эвакуация, а у вас жена и дети».
– Но у них же есть билеты на дирижабль?
«До посадки еще тринадцать часов. Я не успокоюсь, пока не буду уверен, что моя семья в безопасности. Наш городок полностью под водой, мы не можем вернуться домой. И мне непонятно ваше спокойствие, сэр. Железнодорожный мост через Фармингтон рухнул, больше половины города затоплено. Если начнется ураган, из Нью-Кройдона вообще невозможно будет выбраться. И вас не спасет даже зарезервированный за городской управой дирижабль. – Брендон делает паузу, пристально смотрит в глаза хозяину дома и с вежливой улыбкой завершает: – Думаю, пожелание спокойной ночи будет уместным».
Отвесив легкий полупоклон, Брендон покидает бильярдную и возвращается в комнату, отведенную им с женой и детьми. Раздевается, вешает чуть влажную одежду на спинку стула. Рассматривает запястье в свете ночника, касается металлическим пальцем свежих пятен ржавчины. Элизабет просыпается, поднимает голову с подушки.
– Брендон?..
Он ложится рядом с ней, обнимает, целует сухими губами в висок. Бережно гладит волнистые русые волосы.
– Что-то не так, родной?
«Все хорошо, – отвечает он одними губами. – Немного волнуюсь. Засыпай».
