Элизабет осторожно трясет его за плечо. Он отмахивается от нее, и она отлетает так легко, ударившись о пол обоими коленями. Капают слезы… Металлическая рука хватает ее за волосы, девушка в ужасе визжит, как подстреленный заяц.
Боль бьет в виски молотом, крушит волю, ломает сопротивление.
– Брендон, не-е-е-е-ет!!!
Он разжимает пальцы, девчонка падает, поднимается и бросается к нему с перекошенным от страха лицом.
– Не надо! Это же я! Брендон, не надо!
Элизабет обнимает его за плечи, плачет, он отталкивает ее руки. Больно. Приказы не обсуждают. Как объяснить ей…
– Я прошу тебя, не пугай меня так! – умоляет она, виснет на его локте.
Он качает головой, пытается стряхнуть Элизабет, но девчонка цепкая, как клещ.
– Брендон, смотри на меня! – орет она, размазывая слезы по лицу. – Не смей! Мне больно, прекрати!!!
Она – Баллантайн. И это ее приказ.
«Говори, – просит он ее одними губами. – Говори со мной».
Девушка обхватывает его за плечи так, что он не может поднять рук. Смыкает пальцы в замок. Оба падают на пол. Элизабет срывает с кресла покрывало, набрасывает его на себя и Брендона, пеленает обоих алым шелком. Боль становится тише, отступает, скалясь и огрызаясь.
– Ты же не убьешь меня… Ты же меня слышишь… – всхлипывает Элизабет, дрожа.
Он кивает и пытается улыбнуться.
«Говори…»
Девушка понемногу разжимает руки, не сводя с Брендона перепуганных глаз.
– Я сейчас отойду, мы с тобой оденемся, и ты расскажешь, что слу…
Она замирает, не окончив фразу. Этажом ниже слышатся дикий визг, крики, мольбы о помощи. Девушка выпутывается из покрывала, быстро набрасывает на себя сорочку, помогает Брендону подняться.
Снова накатывает боль. В этот раз слабее, ей можно противостоять, если думать об Элизабет.
– Брендон, что происходит? Быстрее одевайся!
На улице кто-то кричит, слышен быстрый топот ног, один из бегущих спотыкается. Визжит женщина.
Брендон быстро натягивает брюки, набрасывает куртку.
«Ранец, – просит он. – Найди скорее!»
Пока девушка в темноте ищет сумку, Брендон быстро придвигает кровать к входной двери. Не запереться, в комнатах борделя замки – нонсенс.
– Что происходит? – спрашивает Элизабет севшим от страха голосом.
«Приказ. Байрон велел убивать».
– Почему люди кричат? Кого убивать?
«Куклы будут убивать всех. Я тоже, Элизабет».
– Нет-нет! – Она снова готова плакать. – Ты же не… Почему?
«Есть прибор, который разработал я сам. Он подчиняет нас всех. Байрон его активировал. Я пока держусь, но долго не смогу. Тебе надо бежать».
Девушка стоит посреди комнаты с ранцем за спиной. Растеряна, напугана. Смотрит на Брендона, беспомощно моргает. Он швыряет на кровать одно кресло, второе. Хватает девушку, вскидывает на плечо, поднимает к люку в потолке. Снаружи по двери барабанят чьи-то кулаки. Элизабет толкает крышку вверх, Брендон подсаживает ее на чердак. Мгновение – и она уже там. Свесившись вниз, тянется к нему.
– Руку! Давай, я тебя втащу!
Он подает ей винтовку, отходит к двери. Поднимает с пола массивный медный подсвечник. Кладет на кровать рядом с собой и только после этого говорит на амслене, глядя на девушку:
«Беги, Элси. Будет резня. Прячься».
На минуту возня в коридоре утихает, потом возобновляется. Снаружи по двери долбят чем-то тяжелым, дерево трещит и понемногу начинает поддаваться. На чердаке Элизабет двигает вещи, баррикадируя люк.
Брендон отходит от окна и рывком отодвигает кровать от двери. Перехватывает поудобнее подсвечник. Дверь распахивается, на пороге Камилла. Светлые волосы растрепаны, в глазах пустота. На рваном подоле платья подсыхают багровые брызги. Механические руки сжимают горлышко разбитой бутылки.
«Уходи», – просит Брендон, загораживая кукле вход в комнату.
Камилла улыбается и качает головой.
«У людей есть лекарство. От боли. Ты же знаешь…»
«Уходи».
Она делает шаг вперед, медленно заносит руку для удара. Брендон разворачивается всем корпусом, пропуская Камиллу вперед, и резко бьет ее тяжелым подсвечником в затылок. Перерожденная падает, Брендон бьет еще раз. И еще. И лишь спустя минуту понимает, что хватило бы одного удара.
Дурнота подкатывает к горлу, кружится голова. «Убей, – навязчиво пульсирует в висках. – Только так тебе станет легче». Брендон смотрит на то, что было Камиллой, медленно пятится. В коридоре спотыкается о тело. Немолодой грузный мужчина в одних кальсонах, его живот распорот. На щеке – алый след пятерни, рот распахнут в немом крике.
Перед глазами встает белое лицо Алистера. Сведенные судорогой пальцы, беспомощный, непонимающий взгляд. Виктория мечется, падает на пол стакан с водой. «Пей, компаньон, – умоляет Брендон. – Пей!» Удушье. Закатившиеся под лоб глаза. Медленно разжимается рука, стискивающая запястье Брендона. Байрон прикрывает рот ладонью и отворачивается.
Брендон помнит улыбку, которую он прятал.
Коридор качается, как вагон монорельса. «Куда мы едем? Машинист, почему пассажиры лежат на полу?» Болит голова. Страшно болит голова… Под ногами скользкое и липкое. Лучше не думать об этом. Не смотреть.
«Сколько нас здесь? – силится вспомнить Брендон. – Я, Камилла, швейцар… Еще шесть или семь. Где искать?»
