Шеферд и Ла Росси стали его врагами и долгое время он никак не мог к ним подобраться. Но потом судьба преподнесла ему счастливый шанс. Мышку из Междуречья…
Франциска закончила обход вежливости, всем пожала руки, позволила повосторгаться своей красотой, польстила с похвальной искренностью платью принцессы. Наконец, посмотрела на него.
Он предпочел бы, чтобы о визите знал только Морхед, но здоровяк был ненавистен принцессе, и Леонид старался держать его подальше от ее взгляда и лишний раз не напоминать о существовании такого Фетаро. Морхед был к телепатии почти неспособен. Что-то услышать в голове человека ему было под силу, но затуманить разум, усыпить или внушить даже простейшие мысли — это было уже за гранью его возможностей. Зато он был здоров как боров и обращение даровало ему беспрецедентную для семейства Фетаро силищу. Морхед в рукопашную, наверное, не уступил бы Хельстрому Шеферду, хотя шанса проверить это еще не представлялось.
«Как знать, может, скоро и представится..» — подумал Леонид, но тут же засунул эти мысли подальше, туда, где присутствующие не могли их услышать.
Он, давя нетерпение, проводил гостей и прошел в свой кабинет. Нужно было торопиться до рассвета оставалось пара часов не больше.
В коридоре стоял Морхед.
В кабинете его ждал королевский архивариус Де Мерье. Старик трясся с ног до головы и беспрестанно вытирал лысину платком.
Леонид с ходу услышал его панические мысли.
Потаган был главой тайной полиции императора и на всех служащих во дворце наводил ужаса. Визит архивариуса в дом Леонида должен был быть объяснен ему со всеми подробностями. Именно поэтому Морхед привез его ночью и, скорее всего, тащил по крышам на собственном горбу.
— Не волнуйтесь, Мерье, мистер Потаган не узнает. Вы достали то, что я просил?
Старик замер. Мысли его в шоке остановились на мгновение, а потом зачастили еще громче и ярче.
— Достали или нет? — оборвал его громкое молчание Леонид.
— Да, да достал. Копия с оригинала. Их было всего двадцать.
— А оригинал?
— Невозможно. Алхимическая защита невероятного уровня. Это совершенно невозможно. Алхимики шести стран защищали его. Сами понимаете, документ обладает невиданным значением для всех.
— Еще бы. Хорошо, покажите, что удалось раздобыть вам.
Архивариус вытащил из внутреннего кармана фрака футляр-цилиндр.
— Вы должны понимать, что за пропажу этого документа мне снимут голову, маркиз.
— Не волнуйтесь, ее не обнаружат. Я позабочусь об этом. — он улыбнулся и мягко надавил на мысли архивариуса. Тот тут же объяснил себе, что копий с оригинала было аж двадцать и их не достают чаще раза в год, чтобы очистить футляры и вряд ли кто-то вообще когда-либо обнаружит пропажу. Он в полной безопасности и нечего переживать.
Леонид открыл футляр, вынул свиток. Да, в те времена гербовая бумага была такой. Никакого тебе резчика и печатных станков. Чернила и неровный лист.
«Нерушимый договор восьми княжеств и королевств людей под покровительством Всеблагой Матери и Творца Неба и Земли и народа людей-волков, именуемых Оборотнями»
— Маркиз, текст ведь можно найти повсеместно. Эту бумагу распространяли во всех странах, да ее многие наизусть знают. Зачем вам понадобилась такая старая копия?
— Вам правда интересно? — Леонид внимательно посмотрел на архивариуса. Тот сник и стушевался.
— Собственно, думаю нет.
— Вы читали документ?
— Нет.
— Правильное решение, архивариус. Простым людям стоит знать его таким, каким его зачитывали глашатые на площадях, верно?
— Да. О-определенно.
Леонид свернул копию Великого Союза и убрал в футляр.
— Что вы хотите в качестве оплаты?
— Что вы м-метр, ничего. Рад услужить.
Снова легкое усилие и вот Де Мерье почувствовал невиданную радость и возбуждение от участия на старости-то лет в вампирской интриге. А он еще ого-го!
— Будет что необходимо, обращайтесь, мэтр.
