— А с ними можно встретиться? — Элисенда повернула голову и посмотрела на мэтра Берггрена. Этот старик внушал ей такое уважение к себе, такое умиротворение и спокойствие, что если бы не рунические кольца оборотня в его бороде, она допустила бы, что какой-нибудь бог развлекается и, спустившись на землю, рассказывает ей небылицы.
— Можно… — мэтр Берггрен помолчал, но потом все же добавил чуть тише: — Вот только встреча с богами не всегда бывает приятной.
Тут по коже Элисенды вдруг пробежал озноб. Эта реакция немало девушку удивила. Она замерзает? Или испугалась, а тело среагировало на эмоцию? Тогда это вдвойне чудесней!
— Расскажите, — попросила она, втайне надеясь, что ее реакция повторится.
— Что ж, пожалуй, расскажу, — помолчав, решил мэтр Берггрен. — Только если станет скучно, Элисенда, прерывай, не бойся. Боги, видишь ли, такие странные создания… кто-то говорит, что и не создания вовсе, а абстрактные понятия, которые мы облекаем в человекоподобные образы. Кто-то считает, что богов много, но все они суть одно явление, которое и управляет всем. Есть те, кто спорит, что боги — это маги, превзошедшие ограничения магии, которым удалось постичь непостижимое. И потому боги непостижимы. Боги проходят свои уроки. И еще говорят, что боги иногда приходят к нам.
Много есть таких легенд, Элисенда. Но есть один бог, встречи с которым избегают, и один, встречи с которым ищут. Все боятся Небесного Странника. Неприкаянный, отринутый своими матерью и отцом, зачатый в насилии. Уродец, которого избегают даже боги. Иногда он приходит к смертным и предсказывает страшные беды, и его предсказания всегда сбываются. Никто из живых не видел его лица, а мертвые не могут говорить и потому не расскажут о том, как Небесный Странник снимал перед ними маску. Возможно, сама Смерть скрыта под ней.
— Как думаете… он мстит всем за то, что его никто не любит? — спросила Элисенда, пододвигаясь ближе к мэтру Берггрену.
Старик заметил, что ей холодно, накрыл ее краем пледа. Серебристые волосы девушки красиво блестели в свете луны. Стало совсем темно, поэтому самому мэтру было не по себе от разговора о Небесном Страннике. Казалось, страшный бог стоит где-то рядом и ухмыляется под маской. Старика передернуло.
— Мы думаем о богах с точки зрения человека, но кто их знает… Их мотивы порой так непонятны для человеческого разума, что лучше и не начинать. Но всегда стоит помнить, что есть еще на свете небесный ветер.
— А это кто?
— О, этот бог загадочный и странный. Говорят, сами боги не могут его понять. Ветер гуляет там, где хочет, постигает непостижимое, находит то, что найти невозможно, он повсюду и нигде одновременно.
— И как это понимать?
— Я думаю, Небесный Ветер просто существует в четвертом мире, который одновременно является и плоским, и кружевным, и божественным. Он во всем, потому что его мир включает в себя все.
— А что значит — найти то, что найти невозможно? — спросила Элисенда, мечтательно разглядывая звезды. Ей казалось, она видит Небесный Ветер гуляющим среди мерцающих огоньков созвездий.
— Я думаю, Небесный Ветер может найти абсолютные понятия мудрости, проницательности, силы… — предположил мэтр Берггрен.
— А почему не делится с остальными богами?
— Может, это они не желают его понимать? Поэтому он и гуляет там, где боги боятся ходить.
— А почему встречи с Небесным Ветром ищут?
— Потому что он может исполнить любое, даже самое невозможное и сокровенное, желание.
— Даже… сделать мертвое живым? — с надеждой спросила Элисенда.
— Даже это, — уверенно кивнул мэтр Берггрен.
Пока мэтр Берггрен рассказывал Элисенде страшные истории про Небесного Странника и удивительные истории про встречи с Небесным Ветром, Алиса попросила Иву напоить Макса в третий раз целебным настоем, а сама решила смазать специальной мазью Ордена Белой Королевы раны Анны.
— Как думаешь, у тебя есть какая-нибудь возможность связаться с эйром Раганом, чтобы рассказать, что случилось, и выяснить, что с ним? — спросила Алиса, смазывая места ушибов, которые потемнели на коже Анны.
— Если бы я могла, Алиса, — вздохнула нехебкау. — Мое сердце разрывается при мысли о нем.
Алиса промолчала. Ее сердце тоже разрывалось при мысли о Рэе, только там были другие эмоции — далеко не любовь.
— Вы ведь не всем отрядом пойдете на Барселону? — спросила Анна, помолчав.
Многочисленные свечи мягким светом озаряли пространство вокруг, которое, несмотря на усилия Алисы и ее подруг, не стало уютным.
Тарита молча сидела у окна, обняв себя за колени и положив на них голову. Ее крылья иногда сонно вздрагивали за спиной.
— Я думаю, что мы оставим часть людей здесь, поэтому и спрашивала, может, ты захочешь пойти с нами до Барселоны. А там попробуешь выяснить, что с бункером, пока я буду вести переговоры с… Люме. Он наверняка захочет Тариту в обмен на маму. Но отдать ее я не могу. Люме нужна энергия для восстановления сил. Но если он восстановится, то начнется страшное время. И мы все пострадаем.
Анна понимала, что Алиса стоит перед сложным выбором.
— Я пойду с тобой, — решила она. — А потом успею выяснить, что с Раганом.
