На удивление, следующие три дня мы провели спокойно, как самые обычные люди. Жива не показывалась, так что мы были предоставлены самим себе. И в этом, пожалуй, имелся свой плюс. Появление Риты заставило нас осознать, что в этой семье есть еще люди, которые ничего не видели и ничего не знают. А значит, не факт, что поверят в наши россказни. Даже я сам понимал, как это все выглядит со стороны. Думаю, будь у меня младшая сестра, я бы на месте Риты поступил бы так же, если не похуже. Она же повела себя очень разумно, как истинно взрослый человек. От Вики я узнал, что ей уже двадцать пять лет. После того что случилось, мы так и не говорили, так как Рита с утра ушла на работу.
Вообще, я попросил Вику рассказать о сестре побольше. Мне хотелось знать, что она за человек. И девочка честно выкладывала все случаи из жизни, о которых помнила. Как оказалось, Рита довольно хороший журналист. Ее статьи часто попадали в газеты, и их действительно было интересно читать. Дома валялись пара выпусков, так что я сам смог в этом убедиться. Рита часто помогала людям, за что все, кто ее знал, любили ее. Но она также раньше занималась боевыми искусствами, потому могла постоять за себя. В ней жил бойцовский дух, хотя не все это замечали. Впрочем, девушка сама не показывала его без надобности, но иногда он прорывался, и Рита становилась суровой. Как говорила Вика, в такие моменты ей порой хотелось спрятаться. И разумеется, Рита не обходилась без мужского внимания. Я сразу оценил ее красоту. Стройная фигурка приковывала взгляд, а личиком хотелось любоваться постоянно. Очень женственная девушка. Глядя на Риту, я вполне себе представлял, как будет в будущем выглядеть Вика. Но не стоило забывать и о хозяйственности. Несмотря на загруженность работой и частые командировки, семья сестер жила счастливо, и во многом это была заслуга Риты. Пока родители отсутствовали, она брала на себя ответственность по уходу за домом и сестрой. Вика с теплотой отзывалась о ее заботе. Даже когда отсутствовала сама Рита, обстановка дома не ухудшалась. Любой, кто приходил к сестрам, ощущал здесь радушие.
Честно говоря, я искренне верил, что девушка именно такая, какой ее описывает Вика, но на допросе я не мог этого почувствовать. Да и не знал я, будет ли ко мне такое же хорошее отношение.
От нечего делать мы с Викой решили исследовать добытые браслеты. Точнее, попытались. Потому что ничего у нас не вышло. Причем совсем ничего. Мы их рассматривали со всех сторон, надевали, ковыряли различными вещами, мочили, нагревали, замораживали, били. Эффекта — ноль. Ничто из вышеперечисленного не дало хоть каких-то результатов. Вторичный поиск в интернете тоже вышел пустым. В итоге к вечеру мы дружно чесали в затылке, размышляя над тем, что же нам досталось. Видимо, и впрямь придется ждать, пока сама Жива все не расскажет.
Вечером, когда вернулась Рита, состоялся наш с ней разговор. Наедине. После упоминания этой детали меня чуть не охватил очередной приступ, потому перед разговором мне пришлось долго заниматься самовнушением, чтобы он не случился в процессе общения. Не хватало еще ухудшить впечатление о себе. Я обдумал то, о чем Рита говорила мне вчера, да и она сама надумала то, о чем хочет меня расспросить. Я на собственной шкуре почувствовал, что значить разговаривать с журналистом. Все протекало в спокойной обстановке, хотя я все равно часто мялся, не зная, что и как мне ответить. И, пусть и подготавливался, тело периодически охватывала дрожь. Мне казалось, что воспоминания о
В общем, с Ритой мы поговорили нормально. По крайней мере, она сложила четкое мнение обо мне и о ситуации в целом. Поверила она полностью или нет — этого я сказать не мог, но отрицать наш рассказ она не стала. Впрочем, помогать тоже. Но тут я ее понял. Как-никак она взрослая девушка и в данный момент глава дома, работа для нее важнее наших игрищ. А вообще, мне и Вика не должна была помогать в такой степени. Вернувшись домой и узнав, что тут происходит, Рита поинтересовалась у сестры:
— Вик, а что со школой?
Как оказалось, учеба шла вовсю, никаких каникул, но Вика все время проводила со мной. Я тоже озаботился этим вопросом. Не очень-то хотелось, чтобы ради меня чем-то жертвовали. Но вика отмахнулась от вопроса:
— Все нормально. Я сказала, что заболела.
А когда я спросил, не вызовут ли проблемы ее пропуски, она ответила:
— Я без труда догоню.
Впрочем, это не помешало сестрам немного поспорить на данную тему.
