Бывали случаи, что в нём терялись дети. Дело известное, разве за ними уследишь, но уже через час, другой волки-оборотни их приводили обратно и, что самое странное, не отказывались потом от угощения, конфет и даже шашлыков, вот только водки и пива они не пили, а потому народ решил, что это точно не егеря. Был один раз даже случай, когда девчушку лет пяти вывез из леса на своей шее сам Михайло Потапыч, главный медведь-великан Зелёного Дола, которого часто видели возле кордона Сергея Ермолаева. Всё же далеко не все жители Зеленодольска считали лес безопасным, но у некоторых из тех, для кого он был любимым местом для пикников, хранились дома фотографии, на которых рядом с ними стоял волк, рысь, а то и громадный бурый медведь. Хотя очень многие люди сознавали, что всё это противоречит здравому смыслу, никому и в голову не приходило оспаривать существующее положение вещей и все жители Зеленодольска говорили, что они живут рядом с волшебным лесом, строгим, но в то же время очень добрым, который ни в коем случае нельзя обижать.
Убеждал людей в этом и такой факт. Те дачи, которые было выросли возле заповедника по решению горсовета в самом начале перестройки, люди вскоре побросали, да, и шутка ли дело, если на участок среди бела дня могли забежать из леса здоровенный волчара, а то и того хуже, рысь ростом чуть ли на с молодого тигра, чтобы немигающе уставиться тебе в глаза и тихонько рычать. Тут у кого угодно нервы сдадут. Теперь на месте дач шумел хотя и молодой, но уже очень высокий лес, подступавший к городу почти вплотную, но что удивительно, строго в границах заповедника. Именно с тем, что лес этот заповедный, зеленодольцы и связывали все его чудеса, а ещё их связывали с именем директора Таланова и его дочери Ирины. Про Таланова все горожане так и говорили, что он, де, колдун, приехавший на Кавказ из амурской тайги вместе со своими друзьями-шаманами, которые были вовсе не корейцами, а какими-то никому не известными амурцами. Ну, а про Ирину и вовсе говорил невесть что, будто она была то ли какой-то принцессой, то ли вообще королевой.
Ещё поговаривали о том, что и нынешний директор, а вместе с ним почти все сотрудники заповедника, тоже колдуны ещё те и что старый директор-колдун дал им полную власть над лесом. В это верилось легко хотя бы потому, что Евгений Петрович всегда знал всё, что происходит в его лесу и поблизости. Народ вокруг него собрался дружный и сплочённый и даже в самые тяжелые дни заповедник не только выжил, но и окреп, в смысле экономики, и теперь при нём было организовано три фирмы, которые поставляли на рынки области дары леса и торговали не просто мехом, а норковыми, лисьими и песцовыми шубами. В городе для этого даже была построена меховая фабрика. В общем он был не только учёным, но и хорошим руководителем и даже помогал другим заповедникам деньгами, но гораздо чаще толковыми советами, как наладить научную и хозяйственную деятельность. Ну, а ещё он был главным распространителем слухов о жестокости Зелёного Дола по отношению ко всяческому жулью.
На самом деле как в Зелёном Доле, так и в Чёрном урочище обычным людям ничто не угрожало. Никакие разбойники там никогда не обитали, немецкие лётчики вовсе не сгинули бесследно, так как осмотрев Змеиное ущелье и не найдя в нём ничего, кроме большой пещеры, в которой было полным полно летучих мышей, пошли дальше в горы и были захвачены в плен партизанами. Эсэсовцев, отправившихся по их следам в горы, также уничтожили партизаны, а бомбардировщики, которые бомбили горы, возвращаясь на аэродром были обстреляны своими же собственными зенитчиками. Ну, а что касается сотрудников НКВД, то они вообще в урочище не ходили и по пьяному делу перестреляли друг друга в доме на окраине города, о чём, естественно, никто так никогда и не узнал не то что правды, а вообще хоть чего-либо на неё похожего. Единственное таинственное происшествие, случившееся в Чёрном урочище, была гибель Индейца и его дружков-убийц, но и по этому поводу те люди, которые работали в милиции и прокуратуре ещё в ту пору, имели своё собственное мнение и считали, что убийц сбросили на камни с верхотуры корейцы. Разумеется об этом никто не заявлял открыто, так как знали они ещё и то, что опергруппе посланной в Зеленодольск из Красногорска, было приказано пристрелить этих молодчиков при задержание, так что эти корейцы всего лишь избавили их от грязной работы и сделали всё так аккуратно, что, как говорится, и комар носа не подточит.
