– Можно разыграть самоубийство – он внимательно посмотрел в глаза капитану – есть человек, мастер по спецэффектам. Выглядеть будет натурально, бабенка выползет из норы – тут и накроем.
Капитан долго молчал. Идея могла сработать – перестав чувствовать опасность, она снова займется продажей архива; появится возможность проследить за Хорошевским – где-то ведь он с ней встречается…
У Димки в кармане загудел мобильный. Он вытащил трубку, молча приложил к уху:
– Тебя – протянул Звонареву – Настя.
– Да?
– Слушай внимательно, не перебивай – голос звучал взволнованно – Прямо сейчас бери Харона и езжай к бывшей жене!
– Что… – капитан похолодел.
– Быстрее. На мой телефон пришла СМС, адресовано тебе. Дословно: «За театр – минус один. Скажи Свете гуд-бай».
– Едем! – проорал капитан, хватая пистолет. Димка вскочил и бросился в коридор.
«Мерседес», снова нарушая правила, ракетой несся по городу. Звонарев немигающими глазами смотрел на полосы разметки, летящие с бешеной скоростью под днище машины.
«Если она… Если ее…» – мозг не хотел заканчивать мысль.
Доехали за десять минут. Двор выглядел спокойным – грелись на солнце местные «аборигены»; толпа детворы облепила разноцветный пластиковый городок; две уродливые собаки рылись возле помойки, разрывая зубами пластиковые пакеты и разбрасывая на волю ветра отходы.
Свету капитан увидел сразу, едва «Мерседес» въехал в арку – нахмурившись, жена что-то искала в маленькой сумочке. Нашла, вытащила – пиликнула, моргнув фарами, маленькая «Шкода». Села за руль.
– Стой! – Звонарев выскочил, не дожидаясь, пока Харон остановится – Света!
Жена увидела – сначала улыбнулась, потом нахмурилась, поглядев в сторону: капитан и сам видел, как из Вазовской «десятки» появились трое крепких мужиков, с одинаково цепкими глазами. Они быстро разошлись и двинулись на него, стараясь зайти с двух сторон.
Света повернула ключ – мотор чихнул, порычал, но не завелся. Она попробовала еще раз…
Горячая взрывная волна отшвырнула капитана метров на десять – он ударился спиной о дерево и сполз, едва не потеряв сознание. Уши заложило назойливое, мощное гудение – он мог видеть, как беззвучно открывают рот бывшие соседи с первого этажа, показывая на выбитые стекла. Видел, как полыхают три машины, с крошкой-«Шкодой» посередине; как догорают и плавятся отлетевшие детали. И видел, как поднялись и снова пошли в его сторону трое мужиков: один потянулся рукой за спину…
– Твари! – он не услышал себя. Вскочил, выхватил за-за ремня «ТТ» и двинулся навстречу – Суки! Не видели, как заложили бомбу?! Не видели, как садилась в машину?!
Смертоносные плевки пистолета отдавались в ладонь, стрелянные гильзы летели в разные стороны… Когда оружие не отреагировало на нажатие курка, двое лежали – на легких рубашках расплывались темные пятна; третий, пригнувшись, вытягивал из-за спины руку…
Звонарев приготовился к худшему. Расстояние десять метров, промахнуться невозможно.
Будто издалека, капитан услышал хлопки. Повернул голову – Харон стрелял, прижавшись щекой к светло коричневому прикладу АКМ,а. Гул в ушах медленно проходил: начала болеть голова – Звонарев по опыту знал, что это начало – контузия, даже легкая, чревата…
Димка опустил автомат, подхватил капитана и поволок к «Мерседесу». Кажется, он что-то кричал, тыкал пальцем – ни один звук не проходил сквозь ватную глухоту – открыл дверь, затолкал в машину… Звонарев равнодушно думал, что бросил «ТТ» на улице, а на нем отпечатки и два убитых опера, или кто это был…
Автомобиль выехал со двора, но капитан, потеряв сознание, этого не видел.
Тошнота накатывала волнами, голова разрывалась на части при каждом ударе сердца. Мокрый от пота, едва не теряя сознание, Звонарев валялся на диване и снова жалел, что не умер – жизнь казалась изощренным и безвыходным издевательством. Стоило ли терпеть мучения, если завтра придется с ними покончить?
Но какая-то часть, уцелевшая в передрягах, кричала – надо жить! Цепляясь за норовившее ускользнуть сознание, борясь с собственными внутренностями, капитан из последних сил выбирался из мутного, дурманящего тумана – смеси боли и отчаяния. Даже сейчас, корчась и постанывая, он искал выход – искал то, что мог упустить, не доглядеть, не додумать… Казалось невероятным, что обычная баба, не связанная до этого с криминалом, провернула такую полномасштабную операцию. Пусть и с помощью Хорошевского…
Стукнула входная дверь – Харон, на руках понявший капитана в квартиру, сразу же уехал к доктору. Сейчас он привез маленький белый пакет с красным крестом.
– Жив пока? – не то пошутил, не то всерьез спросил Димка, вынимая упаковку шприцов и коробку с ампулами.
– Вроде… – Звонарев хрипел, речь давалась с трудом.
– «Лепила» сказал, поможет – Димка набрал жидкость в шприц, выгнал лишний воздух – Завтра будешь как новый.
Капитан почувствовал легкий укол в вену: через тридцать секунд боль отступила, дышать стало легче, буря в животе поутихла…
– Что это? – он кивнул на ампулы.
– От сотрясения, с добавками.
– Какими?
