Внутри все похолодело, словно в замедленной съемке Дикарь увидел, как палец Монаха на спусковом крючке выбрал свободный ход, и тот сорвался с боевого взвода. Старичок ПМ брыкнулся, откатив раму затвора назад, выкинул стреляную гильзу. Облачко пороховых газов оранжевым бутоном вспухло на конце ствола, глаз уловил стремительный росчерк летящего к нему смертоносного кусочка металла. Тело от первобытного страха свело судорогой, Дикарь скрючился на диване, пытаясь защитить тело от летящей смерти. В голове словно лопнула туго натянутая струна. Все звуки внезапно исчезли, а в следующий миг пуля столкнулась с его грудью. Но не пронзила ее насквозь, а шлепнулась бессильно, расплющившись в смешной блинчик о невидимую преграду в каком-то жалком сантиметре от его тела, прямо напротив сердца.
Дикарь издал неописуемый звук. Монах, ухмыляясь мерзейшей из своих ухмылок, что-то сказал, растягивая тонкие губы. Но звука не было — словно его отключили, причем как-то ненормально. Ладно, левое ухо было повреждено взрывом и барабанная перепонка еще не восстановилась, но с правым-то ухом у него все было в порядке. Дыхание слышалось странно, словно он был в скафандре — звук не рассеивался по помещению.
Знахарь, все так же загадочно улыбаясь, приблизился к нему, что-то беззвучно сказал и постучал крепким ногтем по лбу Дикаря. Ну, вернее, хотел постучать, но вместо этого его палец наткнулся на невидимую преграду в сантиметре от кожи.
В голове помутилось, мир на секунду мигнул, звуки вновь ворвались в уши.
— Ты совсем больной, угробить меня хочешь, псих ненормальный?!
Он развалился на диване и тяжело дышал. Виски покалывало болью.
— Да будет тебе. Разнылся, как первоклашка на первом сентября. Ничего бы с тобой не стало, я же вижу — у тебя бронежилет под курткой торчит. Ну, максимум, заработал бы синяк. Зато теперь мы наверняка знаем, на что ты способен.
Дикарь немного расслабился, он и правду позабыл, что под курткой у него надет бронник скрытного ношения, снятый с одного из муров.
— И что это было?
— Кое-что, что уже больше похоже на нормальную способность. Скажи, тебе доводилось видеть, как по элитнику стреляют из пулемета или чего-то крупнокалиберного?
Дикарь, все еще тяжело дыша, снял с пояса флягу с живчиком и сделал два мощных глотка, пытаясь перевести дух. Услышав вопрос знахаря, он вспомнил суперэлитника на развязке МКАДА в Москве, от которого пули «Корда» отскакивали, как семечки подсолнуха.
— Доводилось.
— Развитые зараженные могут генерировать особое кинетическое поле, которое защищает их от попаданий пуль и снарядов. Сама по себе их природная броня не защищает от попаданий крупняка, дело лишь в этом особом защитном поле. Как ты видишь сам, нечто похожее есть и у тебя, что-то вроде силового кокона. Пока слабенького, но уже сейчас он держит пулю из пистолета. Возможно, со временем оно может развиться в некий вариант временной неуязвимости. Довольно полезное умение: считай, что тебе крупно повезло. Впрочем, учитывая, что ты в первые сутки после загрузки смолотил две жемчужины разом, ничего удивительного. В Улье такие вещи никогда не проходят даром.
— И как мне этим управлять?
— Умением-то? Привяжи его на какую-то мелкую моторику — пошевелить мизинцем, наморщить нос или что-то в таком духе. Постепенно насобачишься и сможешь активировать свой навык лишь усилием воли. Будут вопросы — заходи, я всегда рад. А, да, чуть не забыл самое важное. Насколько я успел понять, блокада Силура не будет защищать тебя вечно, учти. Есть подозрение, что она ослабнет со временем.
— Б…ь! И сколько у меня времени?
— Да откуда ж мне знать? Я смотрю тебе в голову и вижу там микроскопический адронный коллайдер, а ты у меня спрашиваешь, как он работает! Если будешь ко мне заходить время от времени, я смогу составить динамику и сделать какие-то прогнозы. А так только пальцем в небо тыкать — месяц, полгода, год.
— Ну, вообще, зашибись! — настроение Дикаря резко поползло вниз. — Выходит, Холод мне всучил бракованный подарок?
— Судя по тому, что он тебя предупредил о возможной побочке, он и сам не был до конца уверен, как именно сработает его способность. А тебе и вовсе грех жаловаться: если бы не он, ты бы уже давно по кластерам бегал и весело урчал. Хотя, в Пекле тебя бы схарчили быстро, да и конец истории.
— Ладно, пусть так. А что мне делать, когда или если блокада ослабеет?
— Молиться, чтобы этого не произошло. Но если случится — вариантов целых два. Снова найти Силура или другого легендарного, либо скушать белую жемчужину.
— Я уже не в первый раз слышу про эту белую жемчужину. Откуда она берется вообще?
