Игры наследников полностью

– Вот так, – приговариваю я. Потом беру еще два пакетика и проделываю то же самое, а пятый кладу горизонтально, поверх этих треугольничков, соединяя их в единую конструкцию.

– Эйвери Кайли Грэмбс! – с улыбкой восклицает мама, сидящая за тем же столиком напротив меня. – Я тебе что говорила про строительство сахарных за́мков?

Смотрю на нее, улыбаясь до ушей.

– Что строить надо пятиэтажные, а иначе зачем вообще это затевать!

Я резко дернулась и проснулась. Повернулась на бок в надежде увидеть рядом сестру – но ее половина постели оказалась пуста. В окно лился утренний свет. Я заглянула в ванную Либби – но ее и там не было. Я собиралась уже вернуться к себе в комнату – в свою ванную, – но тут заметила на полочке ее телефон. На экране высветилось уведомление о десятках новых сообщений – и все они были от Дрейка. Только три из них – самые последние – можно было прочесть без пароля.

Орен встретил меня в коридоре сразу же, как я вышла из комнаты сестры. Даже если он и впрямь всю ночь провел на ногах, это было не слишком заметно.

– Заявление в полицию подано, – доложил он. – Но тайно. Детективы, которым поручили расследовать это дело, работают в связке с моими людьми. Мы все сошлись на мнении, что на данном этапе будет лучше, если Хоторны не будут знать, что начато расследование. Джеймсону и Ребекке детально объяснили, почему важно сохранить все в тайне. Вас я тоже попрошу вести себя как ни в чем не бывало, насколько это вообще возможно.

Делать вид, что я не была на волосок от смерти накануне. Притворяться, что все хорошо.

– А вы Либби не видели? – спросила я. Вот у кого точно не все сейчас хорошо.

– Пошла на завтрак с полчаса назад, – невозмутимым тоном сообщил Орен.

Мне вспомнились сообщения на экране ее телефона, и все внутри сжалось.

– А как она выглядела? Хорошо?

– Цела. Никаких видимых телесных повреждений.

Строго говоря, спрашивала я его вообще не об этом, но, учитывая обстоятельства, неудивительно, что он истолковал мой вопрос именно так.

– А вы уверены, что в столовой, на виду у Хоторнов, она в безопасности?

– Ее телохранители в курсе ситуации. По их мнению, в настоящий момент опасаться нечего.

И неудивительно. Ведь Либби – не наследница. И не мишень. В отличие от меня.

Я оделась и спустилась в столовую. Швы я спрятала под водолазку с высоким воротом, а царапину на щеке постаралась замазать тональным кремом, насколько это было возможно.

На буфете в столовой были выставлены тарелки с аппетитной выпечкой. Либби сидела в углу в просторном кресле, подобрав под себя ноги. Нэш сидел неподалеку, вытянув ноги в ковбойских сапогах вперед и скрестив лодыжки. И не сводил с нее глаз.

Нас разделяло еще четверо членов семейства Хоторн. И у каждого есть веский повод желать мне смерти, подумала я, проходя к своему месту. С одного края стола сидели Зара и Константин. Она читала газету. Он смотрел в планшет. Никто не обратил на меня ни малейшего внимания. Прабабушка и Ксандр сидели в самом конце стола.

Я уловила сзади какое-то движение и резко обернулась.

– У кого-то сегодня нервишки пошаливают, – заметила Тея, подхватив меня под руку и потащив к буфету. Орен тенью последовал за нами. – А ты у нас, оказывается, деловая девица, – прошептала Тея мне на ухо.

Я понимала, что, скорее всего, ей приказали следить за мной, наблюдать за каждым моим шагом и тотчас же докладывать обо всем. Далеко ли она была накануне? Что ей известно? Судя по словам Орена, Тея никак не могла стрелять в меня лично, но не случайно же она выбрала именно эти дни для переезда в Дом Хоторнов!

Зара не просто так пригласила племянницу пожить здесь.

– Только не надо строить из себя невинную овечку, – заявила Тея, взяв с тарелки круассан и поднеся его к губам. – Я говорила с Ребеккой.

Мне тут же захотелось заглянуть Орену в глаза, но я сдержалась. Он ведь меня убеждал, что Ребекка не станет болтать налево и направо о стрельбе. В чем же еще он ошибся?

– Вы с Джеймсоном, – продолжала Тея неодобрительным тоном, будто отчитывая непослушное дитя. – Да не где-нибудь еще, а в комнате, где когда-то жила Эмили. Как-то уж это чересчур, ты не находишь?