Верхний уровень был переделан, теперь тут была роскошная мебель и бордовый бархатный ковер. В конце зала охранники открыли дверь, которая казалась деревянной, но была достаточно тяжелой, чтобы заподозрить в ней стальную начинку. Всё со вкусом, но без вреда безопасности.
После роскошного коридора офис с другой стороны двери был почти прагматичным. Металлический стол был заставлен экранами разных электронных устройств и терминалов, настенный экран с видом на океан претендовал на звание окна, а большой резиновый шар заменял офисный стул.
Эрих всегда нервничал, когда приходилось сидеть слишком долго.
— Тимми, — сказал Эрих, стоя за столом, как за баррикадой. Двое охранников отошли в сторону двери.
— Теперь люди зовут меня Амос.
— Ты ведь догадываешься, что мне это известно, верно? — рассмеялся Эрих.
— Да, догадываюсь, — сказал Амос. Эрих выглядел хорошо. Он выглядел здоровым, не то, что в детстве. Как мужчина средних лет он даже поднабрал жирка в районе живота. У него всё ещё была маленькая скрюченная левая рука. И, судя по тому, как он стоял, он всё ещё ходил прихрамывая. Но теперь, в окружении его успеха и сытой упитанности, всё это выглядело как трофеи прежней жизни, а не недостатки нынешней.
— Итак, — произнес Эрих, — позволь поинтересоваться, что же ты делаешь в городе.
— Он избил Троя, — сказал один из охранников, — и ещё, Лейси сказала, что ей тоже досталось.
— Он кого-нибудь убил? — спросил Эрих. Когда охранники ничего не ответили, он сказал: — тогда он был вежлив.
— Верно, — кивнул Амос, — я здесь не для того, чтобы месить твоё дерьмо, просто зашёл поболтать.
— Ну, — сказал Эрих, усаживаясь на резиновый шар, — давай поболтаем.
Через три дня после встречи с Талиссой, как он теперь полагал, в последний раз, и последующим перекусом с Бобби Драпер, Алекс знал, что пора возвращаться домой. Он успел поужинать с семьёй и парой старых друзей, увидел, насколько его старый родной город изменился и насколько остался прежним. И он снова решил, что иногда сломанную вещь уже нельзя починить. Этой мысли он и собирался придерживаться, чтобы всё было хорошо.
Но до отъезда он собирался расстроить ещё одного человека.
Экспресс-труба к Лондрес-Нова тихонько гудела, реклама над сидениями обещала сделать жизнь пилотов лучше в ста различных аспектах: техническая аттестация, удобная одежда, отбеливание зубов. Программа распознавания лиц, казалось, не знала, что с ним делать. Ни одно рекламное объявление не обращалось к нему. На ближайшем тощий юрист в оливково-зеленом костюме предлагал людям помощь в нахождении путей к новым мирам, по ту сторону Кольца. "Начните новую жизнь в далёких колониях! Мы можем помочь!"
На соседнем сидении парень лет семнадцати молча смотрел в никуда, его глаза были полуоткрыты на грани скуки и сна. Когда Алекс был его возраста, он решил пойти либо в армию, либо в университет. Он встречался с Керри Траутвайн, даже несмотря на то, что мистер Траутвайн был религиозным фанатиком, ненавидящим его за то, что он не принадлежал к правильной секте. Ночи он проводил, играя в боевые симуляции с Амалом Саха и Королом Надкарни.
Парень на соседнем сидении путешествовал теми же коридорами, что и Алекс, ел в тех же ресторанах, думал о сексе приблизительно теми же установками, но, помимо этого, он жил в другой вселенной. Алекс пытался представить, на что была бы похожа его жизнь, если бы в семнадцать лет он мог рассматривать путешествия на чужие планеты. Пошёл ли бы он на службу? Встретил ли бы Талиссу?
Приятный механический голос объявил о прибытии на станцию Атерполь. Глаза парнишки открылись, полностью проснулись, и он бросил короткий, недоверчивый взгляд на Алекса. Торможение вдавило Алекса в кресло, ощущение было почти как при длительном полете на полной тяге. Почти, но не такое же.
Атерполь был центром Лондрес-Новы, единственная станция, соединенная со всеми районами, составляющими город. Сводчатые потолки изгибались над площадями, люки на стенах были с двойным уплотнителем, чтобы предотвратить утечку воздуха в вакуумные трубы. Сама станция выходила в широкий городской парк с настоящими деревьями, возвышающимися из почвы в искусственные сумерки. Скамейки из дерева и металла рассыпались по извилистым дорожкам, а озеро наполняло воздух запахом водорослей и влаги. Успокаивающий шепот переработчиков воздуха проходил сквозь всё, словно постоянная и вечная молитва. Окна поднимались вдоль стен, из некоторых лился свет. В комнатах, смотрящих на Алекса, когда он шёл, были предприятия и квартиры, рестораны и залы обслуживания.
Алекс пересёк парк и вышел через дальние ворота, где экспресс-трубы вели уже к другим районам. У Иннис-Холлоу, где жила Бобби, была не лучшая репутация. Хотя худшее, что мог предложить Марс, не было столь ужасно, как неблагоприятный сектор Цереры. Кроме того, если кто-то хотел навредить Бобби, он либо был самоубийцей, либо должен иметь армию.
