– Идем, – сказала она. По пути к выходу, Элеоноре пришла в голову идея, она остановилась и повернулась к помощнику. – Ты распорядись, чтобы убрали могилу вместе с этими… ангелами. И еще у меня просьба. Надо выяснить, может, какая-нибудь сучка, которая спала с Ильей, беременна.
– И что?
– Хочу, чтобы она благополучно родила, никаких абортов, если понадобится, мы запрем ее, а потом… потом я отниму у нее ребенка и отпущу на все четыре стороны. Должно же мне хоть что-то остаться от моего сына.
– Хорошо, я найду такого человека.
В порыве благодарности Элеонора сжала ему руку, впервые за несколько месяцев улыбнувшись.
Наступило лето, принесло новые заботы. Афанасий Маркович вошел в спальню, в которой большую часть времени проводила жена, сам он давно спит в другой комнате. Жалел ее, жалел и терпел, она же распустилась, распилась, стала скандальной отвратительной бабой, но сегодня он пришел с холодным сердцем, показал ей ключи:
– Это от твоей квартиры. – Положил на столик. Вынул из кармана другие. – Это ключи от твоей машины. А это карта на первое время, пока не найдешь работу.
– Что? Что все это значит? – переполошилась Рита.
– Ты собираешь свои вещи и уезжаешь на своей машине в свою новую квартиру. Может, это тебе поможет бросить пить и заняться своей жизнью.
– Но почему?! Ты не можешь со мной так поступить! Я положила на тебя всю жизнь, а ты… ты мне изменил! Притащил в дом приблуду, это унизительно… А… понимаю. Это твоя гадина приблуда…
– Вот потому и уходишь, что постоянно оскорбляла мою дочь. К сожалению, я узнал об этом только сейчас. Ты выжила ее из моего дома, теперь я тебя видеть не хочу. Не смей рыдать, не поможет, ты меня знаешь. Я еду провожать Руслану, когда вернусь, чтобы тебя близко не было в моем доме.
Он решительно вышел из спальни, слыша рыдания, но слезы его уже не трогают, слишком много он видел обмана с ее стороны, мало того, видел обман, чувствовал. И только сейчас сделал вывод, что не стоит закрывать глаза на то, что не нравится. Водитель повез его к выезду из города, там собираются ребята, чтобы тронуться в путь.
Болека и Руслану уже поджидали Санчо с Никой, завидев внедорожник, замахали руками. Вещи уложили в багажник вчера, попрощались с родными тоже вчера, а сегодня налегке примчались на мотоцикле много раньше и стояли в обнимку на обочине, пока не заметили внедорожник. А встретились, будто не виделись месяц или больше – обнимались, радовались. В это время подъехал Афанасий Маркович, Руслана двинула к нему.
– Вижу, компания у вас хорошая, хоть и небольшая, – остался доволен он. – Не забыла карточку? Деньги пригодятся, вас вон четверо.
– Взяла, спасибо.
– Перечислять деньги буду постоянно, ты не стесняйся, если будет мало.
– Мы сами хотим попробовать зарабатывать.
– Ну, это как получится. Послушай, ты моя единственная дочь, должна помнить… что бы ни случилось, у тебя есть дом и отец, он ждет тебя. Риты не бойся, у нее теперь своя квартира.
Руслана обняла его, а Болек ждал ее в машине и вдруг…
– Болек!.. Сынок!.. Болек, подожди!
– Мама? – удивленно вымолвил Болеслав.
Он вышел из машины, захлопнул дверцу и решительно пошел навстречу бегущей к нему матери. Ирина Матвеевна остановилась и с изумлением увидела сына, размазню и недотепу, по словам родного отца, что у него уверенная походка, как у человека, который крепко стоит на ногах. И лицо другое, такое одухотворенное. Когда он подошел, первое время Ирина Матвеевна не могла заговорить, пока не отдышалась. Потом кинула взгляд на мотоцикл и парочку рядом, на дорогую машину, девушку и немолодого мужчину, которого та обнимала, быстро заговорила, словно боялась что-то важное упустить:
– Думала, опоздаю, машина сломалась, я бросила ее и на такси… Это твоя девушка, да?
Болек сначала оглянулся, позвал Руслану, потом махнул ей рукой, мол, иди сюда. Она подошла к ним, Болеслав обнял ее за плечи и представил маме:
– Это моя девушка, мама. Ее зовут Руслана.
– Мне она нравится… – сквозь слезы улыбнулась Ирина Матвеевна. – Когда вернетесь, когда вас ждать?
– Ма, в ближайшие два года вряд ли мы вернемся.
– А как же… как же учеба, сынок? Ты же обещал… всего год…
– Да мы тут подумали, переведемся на заочное обучение. Кстати, на сессию и диплом приедем, а потом… как пойдет.
– Сынок, папа рассердится…
– Мама, это моя жизнь, я буду жить, как считаю нужным. Не переживай, я усвоил, что хорошо, а что плохо. Уже знаю это.
– Да! – решила замять она неприятную тему, протянула ему карточку. – Вот, возьми, я буду высылать тебе по возможности.
– Не надо, у меня есть деньги.
– Как это – есть? Откуда? – испугалась Ирина Матвеевна.
– Ну, вот, ты сразу пугаешься, потому что не доверяешь мне. А деньги, мама, я заработал. На первое время нам хватит. И потом, мама, нас четверо, не пропадем.
– Заработал? Где, как заработал, сынок?
– Фотографией. Снимал свадьбы, торжества, арендовал студии и снимал людей, портреты, обрабатывал в разных стилях.
