– Хм, с кем поведешься! Короче, не наш случай эта Катя, она просто пропала, исчезла меньше пяти месяцев назад. Но на всякий случай я взял ее данные.
Павел улыбнулся: это же Вениамин, ни на секунду не сомневался в нем и его умении не упускать мелочи. Неважно, если данные пропавшей девушки не пригодятся, главное, они окажутся под рукой, когда, может быть, понадобятся.
После рандеву Ольга приехала домой.
У нее свободный график, который она установила сама – разумеется, данная позиция является ее заблуждением, но всякий человек вправе выбрать отношение к своему месту в жизни и на работе. Встречается Оля с любовником днем, человек он женатый, состоятельный, немолодой, ни о какой любви и надежде на будущее не может вестись и речи, зато полезный.
– Полезный и облезлый, – кинув ключи на полку перед зеркалом в прихожей, проговорила Ольга, глядя на себя.
Что она в зеркале видела, скорей всего, сама не знала. Может быть, Оля хотела бы видеть себя какой-то другой, поэтому кислое выражение задержалось на ее лице, ведь изменений ждать глупо. Переодевшись, она упала на диван, включила ящик – это для фона, взяла газету, местная пресса часто пишет о ремонтах, пробках и как объехать их, когда отключат свет, воду. Конечно, можно в интернете посмотреть, но на диване с яблоком в зубах и теликом под ухом приятней. Объявлений в газете не было, остальное неинтересно, Оля бросила газету на пол, доедала яблоко и вдруг вспомнила – фигурки.
Пришлось встать, принести ноутбук. Пару раз в день она заглядывала на сайты, на которых разместила коллекцию, это, скорее, дисциплина, а не вера в результат. И уж чего не ожидала, так это отклик не где-нибудь, а на сайте коллекционеров: «Сколько вы хотите за коллекцию?»
– Обалдеть. Кому этот кич приглянулся?
– Запись нужна, – сказал Павел, прочитав диалог.
Он бросил лист на стол, развел в стороны ладони и скрестил руки на груди, ему просто нечего было сказать. В кабинете находились вдвоем с Феликсом, оставалось минут двадцать до «свидания» со студентом, это время следовало потратить с пользой. Главное, определить: насколько полезен для них диалог Зои Марьяновой с неизвестным мужчиной, в сущности, сам по себе он ничего не дает, кроме того, что звонок сделан с телефона убитого.
– Как такового шантажа нет в тексте, – рассуждал вслух Павел. – Нет явных угроз, скорее, это предупреждение. Но о чем идет речь, непонятно. Знаешь, Феликс, требовать «забыть» можно все что угодно. Нужно интонации послушать.
– А обещание обратиться в полицию?
– Я когда-то работал дознавателем, там эти обещания обратиться в полицию попадались через раз по всякому пустяку.
Феликс о другом думал и после долгого молчания произнес:
– Странная штука, номер Грюмина, так? И Марьянова знает его, потому что начала сразу после звонка с фразы: «Что за шутки?» То есть Грюмин лежит на кладбище и вдруг звонит – непорядок.
– И? – не понял Павел, куда тот клонит.
– А ее номера в контактах Грюмина не было. Фамилию Марьянова я бы запомнил, ведь контактов на удивление мало, а женщин почти нет.
– Но если он обозначил ее кодовым словом?
– Давай посмотрим. Ребята ее номер добыли, он у тебя в столе, контакты Грюмина тоже у тебя в столе. Доставай.
Павел выдвинул ящик стола, затем небрежно кинул папку на стол, нашел нужные листы, разложил их перед собой. Феликс к этому времени стал за его спиной и наклонился, опираясь одной рукой о спинку стула Терехова, второй держась за край стола.
– Вот ее первый номер, на ней два номера… а здесь у нас Грюмин… – Павел вел пальцем по номерам, достиг конца списка. – Мимо. Второй номер… Тоже мимо. Итак, ее двух номеров Грюмин не внес в свои контакты ни под каким именем, но неизвестный позвонил с его трубки именно Марьяновой…
– …потому что знает ее номер, – закончил Павел.
– Но если Грюмин созванивался с той же Марьяновой, почему ее нет в контактах? Наизусть он не мог помнить чужие номера.
– На бумажке носить тоже неудобно, не те времена. Операторы связи дали отрицательный ответ на наличие второго номера Грюмина, а это значит…
Феликс хитро сощурился, подняв вверх указательный палец, Павел догадался, на что он намекает:
– У него была вторая симка, на нее он предусмотрительно вносил лиц, которые могли создать ему проблемы. Скорей всего, Грюмин и разными трубками пользовался. Второй номер сто пудов левый, поэтому не зарегистрирован ни на одном ресурсе.
– Совершенно верно, – закивал Феликс. – Нелегальные номера в ходу у жулья, их до сих можно купить на черном рынке. А оператору связи плевать, что звонят, к примеру, умершие люди, деньги поступают и – все ОК.
– Левый номер и второй телефон, – задумчиво произнес Павел. – Главное, не зная номера, мы не можем контакты прокачать.
