Я присела на корточки и провела по ледяным строкам пальцами, вспоминая слова Дариэна о том, что Черный Дракон забирает себе души воинов и это считается высшим благом для них и особой честью.
Так значит ты там, Вольный, с Черным Драконом? Мы скоро встретимся, если не навсегда, то хотя бы для того, чтобы проститься, — прошептала я, — спасибо тебе за Выбор.
Говорят, что сарафанное радио — самая лучшая в мире система оповещения обо всем на свете. Нет лучшего информатора, чем этот иногда ненадежный, но проверенный временем источник. Кто-то увидел, кто-то услышал, а кто-то сходил и посмотрел собственными глазами и пошло-поехало…
Так получилось, что пока я тренировалась в применении магии для защиты от Белой Драконицы, меня и Дакки потеряли отверженные драконы и решили послать отряд и узнать, что нас задержало в пути. Рассказы потом отличались мелкими деталями, но в общем сходились почти к одному и тому же.
Итак, отряд из пяти отверженных вышли из ущелья, где была назначена встреча, и сразу увидели в небольшом отдалении странное свечение. Как будто звезда послала свой луч на землю, и он медленно падал, а потом закружился и скрылся за выступом. Драконы бросились посмотреть на чудо, и с высоты горы оглядели всю расстилающуюся внизу долину, и увидели такое, о чем потом многие годы рассказывали маленьким драконятам на ночь.
Босая и полностью обнаженная Белая Драконица — красивая и воинственная — величественно возвышалась над какой-то замарашкой в темном плаще с капюшоном, надвинутом на самые глаза. Неизвестная стояла на коленях в снегу и лила горячие слезы, умоляя пощадить жизнь ей и ее спутнику — храброму дракону-самцу, который прошел столько славных битв и из каждой выходил победителем. Белая Драконица лишь презренно смеялась над попытками бедняжки вымолить себе пощады, и синие искры плясали по ее волосам и телу, скапливаясь на самых кончиках пальцев и издавая сухие щелкающие звуки. Отверженные Драконы замерли в ожидании неизбежного, но тут замарашка поднялась, откинула капюшон, и все увели, что это Чудесница — добрая волшебница и чародейка, покорительница Черного Дракона, воительница Добра и Света, которая вскинула руки к солнцу и призвала его силу, чтобы обрушить в равном поединке на голову Холодной Дивы. Летели искры, сплетаясь в смертельном танце, славный воин-дракон размахивал огромным топором с двумя лезвиями, сражаясь с неминуемой участью. И, о, чудо! Белая Драконица оказалась повержена и изгнана назад в свои каменные чертоги, но и Чудесница истратила весь запас своих волшебных сил. Лежала она на снегу, раскинув руки и смотря в небо незрячими глазами. Но воин-дракон упал рядом с ней на колени и воззвал он к праотцу нашему Черному Дракону и совершил тот обряд вековечный, окружив Чудесницу кольцом жизни. Встала тогда добрая волшебница, будто проснулась ото сна. А отверженные драконы уже спускались с каменистой тропы, чтобы пасть ниц перед своей спасительницей и славить ее могущество, и чествовать ее силу, и служить ей отныне и во веки веков.
— Дакки важно закончил сказку, записанную Дариэном в летописи, и отпил большой глоток горячего какао.
— Ну, ты и врун! — Рассмеялась я счастливо и заглянула Дариэну за плечо. — Вычеркни, пожалуйста, ту часть, где он размахивал топором и взывал к праотцам, чушь полнейшая. Притом, Дакки, если я дралась с Белой Драконицей, то ты, получается, сам с собой!
— Не могу, — важно изрек дракон и присыпал надпись каким-то порошком. — Эта история стала настоящей свершившейся легендой и уже известна в каждом доме отверженных и даже городских драконов, ее нельзя менять.
Я возмутилась.
— Но ведь это неправда! Ты только что внес в летописи недостоверную информацию.
Дариэн отодвинул меня плечом и рассмеялся.
— Ты щекочешь мне ухо, отойди! Главное не то, что было на самом деле, а то, что эта сказка стала настоящим чудом, она сплотила всех отверженных в единое целое, она послала нам надежду на то, что теперь мы станем жить не так как раньше.
Дакки хмыкнул.
— Да, сынок, я понимаю, что все пока держится на сказках и гопом энтузиазме, но скоро морозы немного спадут, Белая Драконица устанет лютовать, и мы отправимся к Серому со слезой. Только представь, отряд отверженных драконов во главе с Чудесницей — доброй волшебницей и чародейкой, покорительницей Черного Дракона, воительницей Добра и Света.
— Пфф, — изрекла я, а потом переглянулась с Дариэном и Дакки, и мы втроем захлебнулись смехом, вытирая набегающие слезы, которые примирили нас друг с другом и сгладили все те молчаливые паузы, которые теперь витали за завтраками, обедами и ужинами.
