Войдя в комнату друга как в свою собственную, я расслабленно плюхнулась в кресло, бросив взгляд на соседа Димы, ботаника, помешанного на электронике. В очередной раз он потрошил какой-то гаджет и не замечал ничего вокруг. Вообще парню тоже повезло с соседями. Стас — этот самый ботаник, был соседом тихим, порой и вовсе казалось, он живет в какой-то своей реальности, не замечая окружающего мира. Женя же был еще тем балагуром, но к его чести предпочитал отрываться не в комнате родной общаги, а на территории многочисленных приятелей и девиц, с которыми имел дело. Он мог неделями не появляться, и это всех устраивало.
— Рассказывай, — спросил Дима, сложив руки на груди.
— Чего? — недоуменно спросила я.
— Как это чего? — деланно возмутился парень. — Не ты ли сегодня упоминала о какой-то новенькой.
Точно. Со всеми этими волнениями из-за машины, напыщенного идиота и ситуации, в которую угодила, я напрочь забыла об этом. А вот мой приятель нет.
— Нечего собственно рассказывать. Да, в университете появилась новенькая девушка, перевелась к нам из Петербурга, зовут Маша, вполне симпатичная и милая, — ответила я, пожав плечами.
— Ну, нет. Я так не играю, — наигранно надул он губы, заставляя меня захохотать. И тут же серьезно добавил. - Вик, ну, в самом деле, она красивая?
— Платонов, даже не думай, — предостерегла я его. — Она мне понравилась, а ты знаешь, как редко это случается. Не хочу лишиться потенциальной подруги из-за твоих несерьезных, амурных похождений.
Парень как-то обиженно на меня посмотрел, а мое раздражение, которое только недавно стихло, от этого вспыхнуло с новой силой. Ну, как можно быть таким? Мне, конечно, плевать на идиоток, которые готовы раздвинуть ноги за бутылку пива, но другу встречались и вполне приличные девушки, с которыми он неизменно расставался, как только ему становилось скучно. Нет, я конечно люблю своего друга, но такая несерьезность и неразборчивость в связях выводила из себя. Именно из-за таких вот «Ромео» появилась фраза — все мужики козлы. В его двадцать лет пора бы уже и задуматься о чем-то более серьезном, чем девочка на ночь, или отношения, максимум на неделю. Но Дима такой, какой есть. Приходиться принимать его со всем багажом недостатков, ведь именно так и делают друзья.
— Ну, ты нас все же познакомь, — проворчал он.
— Дима, — серьезно сказала я.
— Да понял я, понял, — вскинул он руки в защитном жесте. — Чай будешь?
Я кивнула, и когда чашка с горячим напитком оказалась передо мной, мы стали болтать на различные отвлеченные темы. Музыка, кино, университетская жизнь. Парень еще пару раз сводил разговор к Маше, и каждый раз я его предупреждала не посягать на девушку, прекрасно зная, что он меня послушает. Дима не станет портить наши отношения из-за очередного несерьезного романа. За приятной болтовней я забыла о проблемах и, услышав бешеный стук в дверь, лишь вопросительно посмотрела на друга, и он мне ответил таким же взглядом.
— Кого-то ждешь? — задала я вопрос прямо.
— Да нет, — пожал он плечами. — Может, Женьку ищет кто-то из его дружков.
С этими словами он направился к двери и вернулся в комнату с глазами, напоминающими размером чайные блюдца.
— Это к тебе, — как-то потрясенно промямлил он.
Ко мне? Кто? В голову закралось подозрение, и не успела в голове сформироваться мысль, как в комнату нагло зашел Максим Колесов собственной персоной. Вот дерьмо, он в самом деле меня нашел!
— Выйдем, — в приказном тоне бросил парень и покинул помещение.
Дима не переставал таращиться на меня, я лишь, тяжело вздохнув, встала на ноги и поплелась к выходу, предчувствуя морально тяжелое и неприятное общение со столь же неприятным человеком, от которого не стоит ожидать ничего хорошего.
— Вик, что происходит? — тихо спросил друг.
— Да влипла я тут немного, — пробубнила я себе под нос. И предвидя вопросы, сказала. — Все потом, Дим.
С видом узника, которого ведут на эшафот, я вышла в коридор, где меня ожидал зеленоглазый говнюк.
— Я, кажется, тебе четко приказал сидеть в комнате и ждать меня, — прошипел он, прищурившись. — Ты что, мышь, думаешь, больше мне заняться нечем, кроме как искать тебя по всей этой клоаке?
— Приказал?! — взорвалась я.
Инстинкт самосохранения оказался похоронен под лавиной негодования. Да что он себе возомнил? С какой стати он мне приказывать будет?
— Да, приказал, — безапелляционно заявил он.
— Да кем ты себя возомнил? — злилась я. — Я не твоя шлюха, чтобы ты мне приказывал.
Шатен смерил меня холодным и насмешливым взглядом.
— Конечно. Серые и недалекие мыши меня никогда не интересовали. Чтобы стать, как ты выразилась, моей шлюхой, нужно что-то из себя представлять.
