Заметив, как к ним начал подходить Елисей, Костя, держа Владу на руках, ткнул Вику плечом.
— Надо убираться, пока они не вернулись.
Но Вика продолжала стоять, не веря тому, что видит. А ведь ей Покровитель не раз говорил, что друзей нужно выбирать осмотрительно, что, возможно, среди ее окружения есть тот, кто ей вовсе не друг! Но разве могла она, Вика, подозревать самых близких?! Да, она скорее бы поверила, что Данила ее в чем-то предаст, а не Елисей. Но, как оказалась, правда была намного жестче.
— Уходите, я вас догоню. — бросила Вика, так и не оторвав взгляд от глаз бывшего друга, который смотрел на нее с каким-то сумасшествием, хищно облизывая подбитую крепким кулаком Каста, губу.
— Я не оставлю тебя наедине с этим психом. — закричал нервный Костя, мысленно прикидывая, сможет ли он утащить сразу двух девушек?
— Оставь нас. — четко отрезала Вика. — Он не сделает мне ничего плохого. А Владе нужно в тепло. Я сейчас приду.
Слыша непоколебимую решимость в голосе девушки, Костя отступил, сотню раз проклиная себя за то, что не может не выбрать Владу. Кинув, что сейчас же вернется, Костя по пути к выходу пнул замычавшего парня, заставив замолкнуть его надолго.
Вика же, крепко сжимая холодную железную балку, с ненавистью смотрела, как вальяжной походкой к ней двигался Елисей, заливаясь громким и противным смехом безумца.
— С самого начала ты был тем, от кого стоило держаться подальше! — не веря в сказанное, говорила Виктория, качая головой из стороны в сторону. — Как ты мог, Елисей? — с болью в глазах, она посмотрела на него и…ничего не увидела. Ему даже было не совестно за свои поступки, ему не было жаль тех жертв, что она преподнес непонятно чему.
— Прости, Вика. Это правда, не моя вина. — убежденно ответил ей Елисей. Кивнув на два тела, он угрюмо продолжил. — Я нашел их, когда они сбежали из больницы. Они рассказали мне свою историю, и я не мог остаться в стороне. Понимаешь? Я должен был помочь им отомстить! Они дышали местью! Они ею жили! — то, с каким пафосом он это произносил, с каким безумным блеском в глазах, вызывало у Вики лишь только отвращение. И Елисей это очень даже понимал. — Я знал об этом обряде и рассказал им. Они согласились его провести, чтобы убить Дашу и ее ребенка. Для этого мы убивали девушек по описанию напоминавшие ее. — да, как это часто бывает, убийца решил поделиться своими мыслями с жертвой. Но Вика не была жертвой. Она была близким человеком для Елисея. Ему было важно, чтобы сейчас в ее глазах не было грусти и печали, не было отвращения и боли. Он хотел видеть в ее глазах восхищение! Да, именно это, посему он продолжил. — И вот тогда я встретил тебя. Сначала, я хотел тебя использовать. Но пообщавшись с тобой, я понял, что на самом деле я влюблен в тебя. А после того, как я узнал, кем ты являешься, помнишь, как ты упала при мне в обморок? необходимость в тебе возросла еще больше! Я понял, что не отпущу. Но каждый раз я видел, как ты пялилась на этого Данилу. И попадись он мне на пути, — ненавистно глянув на свечу, парень отправил ее в сторону Вики, и та упала, остановившись у носов ее сапог. — Я бы немедля его уничтожил! Растоптал бы, как букашку! Но ты… Ты одна из тех, кому дано право определять судьбу других. Ты приспешница Покровителя. Ты нужна мне. Я прошу тебя, останься со мной. Обряд закончится и я исчезну, поехали со мной. — под конец фразы, Елисей, подойдя к девушки почти вплотную, взял руки девушки в свои ладони и с надеждой взглянул ей в глаза. — Со мной ты будешь в безопасности. Я положу мир к твоим ногам. Только согласись…
— Нет… — еле слышно шепнула Вика. — Нет! — уже громче добавила она, замечая, как взгляд Елисея меняется на злобный. Он порывисто замахнул свою руку и опустил ее на щеку девушки.
По всему залу прошелся звонкий звук шлепка.
Вика вырвалась из захвата парня и отбежала от него на безопасное расстояние. Елисей противно рассмеялся, закидывая голову назад. Постепенно его смех становился каким-то отчаянным, словно он должен был сделать то, чего вовсе не хотел делать.
— Прости. — дрожащим голосом произнес он, вытаскивая из штанов пистолет, которого было не видно из-за широкой мантии. — Ты не оставила мне выбора.
Вика ужасом наблюдала за тем, как когда-то лучший друг направляет на нее пушку, каким-то ухом, а может и двумя сразу, она слышала звуки приехавшего патруля полицейских машин, слышала, как кто-то мчится ее спасать, выкрикивая ее имя, и понимала, что они не успеют. Раздался глухой звук, и Вика почувствовала жгучую боль в области живота.
С геометрической прогрессией по ее светлой кофточке, которую было видно из-за распахнутой куртки, распространялось кровавое пятно. Прежде чем тело Вики упало на холодную землю, она поняла, что Елисей ее убил…