–– Я привык. Из меня неоднократно выбивали всё дерьмо, – Нико не сводит с меня своих бездонных серых глаз.
–– Я обещала задушить тебя, если ты мне не скажешь, что с тобой произошло. Не заставляй женщину с нестабильным эмоциональным фоном это делать. Я буду кровожадной.
Нико смеётся и облокачивается рукой на диван, придерживая голову.
–– Эти синяки остались после встречи с одним парнем, который хорошо владел Ушу.
–– Владел? – мои брови в непонимании ползут вверх.
–– Я убил его.
–– Оооо, – мои губы извиваются в удивлении.
–– Мне повезло больше, чем ему. Я вышел победителем на «Арене смертников» в этом сезоне, – эти слова слишком были сказаны с нескрываемой гордостью.
–– Погоди, – я задерживаю дыхание. – Арена смертников? – снова повторяю я, будто смакую эти слова. – Я думала, что всё это сказки. Как тебе удалось победить? – с нескрываемым интересом спрашиваю.
Мне и на самом деле это интересно. Я всегда думала, что это всё выдумки людей, которые хотят показаться выше других, но Нико – прямое доказательство тому, что я мыслила в неправильном направлении.
–– Если быть точнее, то я выигрывал три раза, – спокойно говорит он.
Мои глаза вылезают из орбит. Я не могу в это поверить. Всё, что я слышала об «Арене смертников» было слишком даже для меня. И мой муж заявляет мне, что побеждал на ней целых три раза.
Но даже несмотря на это, моё желание встать с ним в спарринг разгорается с каждой секундой. Мне стоит изучить его техники, если в будущем они потребуются мне против него.
–– Я немного в шоке, – честно признаюсь. – Как тебе это удалось? Что стало катализатором?
Нико поджимает губы.
–– Это разговор для другого дня, – он бросает мне подушку. – Тебе надо отдохнуть.
Я улыбаюсь ему самой слащавой улыбкой.
–– На твоём месте я бы не доверяла мне подушку.
Нико закатывает глаза и поудобнее устраивается на диване.
Закрывая глаза, я ощущала, как меня окутывает дремота. Мысли становятся всё более вялыми и размытыми. Сознание плыло. Уголок губ Нико дрогнул в лёгкой улыбке, когда я попросила поменять воду в грелке на более горячую.
Сон захватывал меня всё больше и больше, и вероятнее всего, мне приснилось, как Нико оставил мягкий поцелуй на моей макушке.
Нико
Открыв глаза, я всем телом ощущаю тяжесть и пульсирующую боль в области рёбер. Я уже собираюсь пошевелиться, когда меня окатила холодная волна осознания всего происходящего. Опуская глаза вниз, мне приходится несколько раз моргнуть, чтобы убедиться в этом.
Первые лучи солнца играют в её шоколадных волосах. Густые пряди спокойно лежат на моём животе. Щека моей жены прижимается к синякам, и она тихо посапывает. Я не смею даже пошевелиться, чтобы не разбудить её своими действиями. Не сводя взгляда, я как ненормальный смотрю на Аспен. Тепло её тела подаёт импульсы незваному гостю. Её рука лежит всего в нескольких сантиметрах от моего утреннего стояка.
Мне срочно нужно убираться отсюда, пока она не проснулась. Наши отношения и так не в самой лучшей стадии. Если она сейчас проснётся на мне, а её рука рядом с моим членом, то всё закончится трагично для нас обоих. Оглядываясь по сторонам, я пытаюсь придумать, как мне незаметно для неё встать. Я смотрю на неё, изучая её положение тела и дыхание. Она не двигается в течение десяти минут, и её дыхание спокойное. После того как я убедился, что она крепко спит, подкладываю руку под её лицо приподнимая. Схватив ближайшую подушку, быстро подкладываю под щёку Аспен, и в этот момент освобождаю своё тело.
Рёбра сводит от острой боли, моё лицо морщится в такт с импульсами. Аспен издаёт что-то похожее на стон и переворачивается набок. Короткие шорты оголяют идеально загорелые ягодицы.
Я так быстро покидаю гостиную, совмещённую с кухней, что, только оказавшись в зале, понимаю, куда пришёл. Мне срочно нужно выбить всё дерьмо из себя. Сделав лёгкую разминку, подхожу к боксёрской груше. Оценив её жёсткость, понимаю, что она подойдёт идеально для голых костяшек. Я выбиваю всю злость, страх, страсть и желание из себя до тех пор, пока пот струйками не стекает по моей спине.
Плюхнувшись на мат, я протираю рукой пот и тяжело дышу. После такой физической нагрузки сделать это крайне сложно. Обезболивающее мне явно не помешает. Но, прежде чем я успеваю подняться, мои мысли занимает женщина, которая довела меня до приступа тем, что осталась спать со мной на диване. И я даже не помню, как мы вообще уснули. Я должен был контролировать себя в этот момент и отнести её на кровать. Видимо, мой мозг хотел этого больше всего, что даже послал все выработанные годами рефлексы и принципы к чертям собачьим.
