–– Нет… Нет… – она быстро вскакивает с кровати.
Оказываясь около неё, я просовываю таблетку в её рот, заставляя запить большим количеством чая. Тугой узел боли скапливается в моей грудной клетке, и я заключаю Лию в крепкие объятия.
–– Ему ничего не угрожает, он в больнице, – я с трудом выговариваю сквозь подступающие к горлу рыдания.
Картинки всей моей жизни пробегают в голове. Я всю жизнь росла без родителей. Никогда не знала, что такое материнская любовь, совет и отцовские наставления. Неродившийся ребёнок Лии и Марко может остаться без отца и повторить мою историю, но также историю Лии.
–– Он обязательно поправится и вернётся к тебе, – мой голос сходит на мягкий успокаивающий шёпот. – Он никогда не сможет оставить тебя одну.
Лия начинает хватать ртом воздух.
–– Дыши, дыши, Лия, – я отстраняюсь от неё, концентрируясь на её глазах. – Давай, посмотри на меня. Вдох, – она пытается смотреть на меня. – Выдох, – мы продолжаем дышать.
–– Он не может меня оставить, – всхлипывает она, цепляясь за мою футболку.
–– Марко этого не сделает. Я рядом с тобой.
Губы Лии начинают трястись, и из неё выходят рыдания. Она хочет сдвинуться с места, но я не даю ей. В таком состоянии она может сделать всё что угодно.
Её панические атаки редкие, но ещё проявляются и сейчас лучше, если она будет в радиусе одного метра от меня.
–– Отпусти меня, – громко кричит она. – Я еду домой!
Я продолжаю держать её в мёртвой хватке не отпуская.
–– Ты не можешь туда поехать.
–– Я могу! Я еду к своему мужу, – она начинает брыкаться.
–– Ты никуда не поедешь.
–– Я не могу оставить его там одного, – её глаза начинают метаться по комнате. – Я не могу.
–– С ним лучшие врачи. Мы уедем к нему, как только нам разрешат это сделать.
–– Ладно. Отпусти меня, – просит она.
Лия начинает метаться по комнате, словно загнанный зверь. Её глаза обретают безумный блеск, а пальцы судорожно сжимаются и разжимаются. Будто реальность вокруг неё расплывается и превращается в нечто пугающее. Она начинает кричать, закрывая уши. Дверь в комнату распахивается, и в неё вбегают Энрика и Элиза.
–– Боже, – Элиза закрывает рот рукой и бежит к дочери, хватая её в объятия. – Лия, милая… Ты слышишь меня?
Она не слышит её. Она никого не слышит. Лия чувствует, как от неё ускользает рассудок, захватывая сознание. Единственное, что мы можем сейчас сделать это не выпускать её из комнаты и ждать действия таблеток.
Дверь с грохотом открывается, в комнату вбегает Нико и Остин с пистолетами в руках. Они застывают на месте, не понимая, что происходит. Остин медленно опускает пистолет и делает несколько шагов ко мне, но Нико хватает его за плечо.
–– Когда ты прилетел? – Энрика опережает меня с вопросом, заключая сына в медвежьи объятия.
Позади нас разносится вопль, и Лия начинает кричать. Элиза пытается её держать, но у неё это слабо получается. Волосы Лии растрепались и закрывают половину лица, она пытается вырваться из хватки матери. Я подрываюсь с места и хватаю Лию в свои руки. Её тело разражается судорогой, и она обмякает в моих руках.
–– Чёрт! Принесите воды и нашатырь, – слышится голос Нико.
Я стараюсь удержать тело подруги, но мы вместе медленно съезжаем на пол. В комнате творится полная неразбериха. Элиза пытается открывать окна, Энрика приседает рядом со мной с полотенцем в руке, прикладывая его ко лбу Лии.
–– Она делала тест на беременность?
Мне приходится оторвать глаза от Лии и посмотреть на Энрику. Не могу поверить, что всё это время они догадывались и молчали на пару с Элизой.
–– Нет, – шепчу. – Нико должен был привести их.
–– Я думаю, что они не понадобятся, – она аккуратно убирает светлые волосы с лица подруги. – У неё все признаки.
–– Вы знали всё это время и молчали?
Энрика качает головой.
–– Мы с Элизой прекрасно понимает, что такое первая беременность.
Нико расталкивает нас и поднимает Лию на руки, относя на кровать. Её длинные светлые волосы распластались на подушке, а бледное восковое лицо выглядело безжизненным. Глаза и губы плотно сжаты. От такого вида Лии паника медленно стала выходить наружу. Руки затряслись, и я не понимала, что нужно делать в данной ситуации. Медленно вставая на ватных ногах, я подхожу к кровати и сажусь.
–– Она скоро должна прийти в себя, – голос Нико звучит на заднем плане, пока мой взгляд не отрывается от Лии. – Аспен, – он садится рядом со мной. – Посмотри на меня.
Мои глаза встречаются с обеспокоенными серыми, и мой мир будто готов рухнуть. Всё время, пока его не было, мои нервы были на пределе. Я не понимала, почему беспокоюсь за Нико. Для меня это было настолько абсурдно, что я сама не заметила, как воскресила в себе все эти переживания за кого-то. Весь груз ситуации давит на меня слишком сильно.
–– С ней всё будет в порядке, – уверяет он. – Она перенервничала.
