— Дохлого тоже! — огрызнулся главарь.
— А Эд?
— Что Эд?
— Оставим его тут?
— Он тебе нужен?
— Ну… нет.
— Тогда делай, что тебе сказано! Предводитель пошел вперед.
Остальные киборги забросили на плечи раненого солдата и три мертвых тела и направились следом за своим главарем.
Знание свалилось на Моргана непрошеным и неожиданным грузом. Он не знал, что теперь делать и как быть. Киборг потерял покой и сон, от нервного напряжения у него стал дергаться глаз.
Когда открылся проем входа в стене, бывший главарь чуть не вскрикнул.
Там стоял Зодчий.
От неожиданного страха у Моргана застучало в висках.
— Почему ты не выполняешь своих обязанностей? — резко сказал карлик.
— Я… — нерешительно начал киборг. Он действительно забросил все. Перестал следить за Лимой, за мнемотанком и состоянием моделирующей жидкости…
— Если ты не хочешь это делать, то ты нам не нужен, — жестко произнес Зодчий и повернулся, чтобы уйти.
— Нет! — закричал Морган. — Нет. Я исправлюсь! У меня был приступ депрессии. Я сейчас же все сделаю! Прямо сейчас! И это больше не повторится! Я обещаю!
Но Зодчий не слушал его, медленно удаляясь.
У бывшего главаря затряслись руки, из глаз потекли слезы.
«Нет-нет-нет! Только не сейчас! Не сейчас! ПОЖАЛУЙСТА!» — мысленно умолял он. Где-то в глубине души Морган удивлялся сам себе. Он не понимал, почему так цепляется за жизнь, но чувствовал, что она ему нужна. И нужна не вообще, а именно сейчас!
Он провожал Зодчего тоскливым, полным безнадежности взглядом.
— Немедленно! — бросил карлик не оборачиваясь, и почти закрывшаяся панель окончательно встала на свое место, закрывая вход.
Морган чуть снова не закричал, но теперь уже от радости, и сразу принялся за дела.
Выполнив их, он почувствовал себя лучше. Легкость и былая четкость мышления вернулась к нему, и он стал думать.
Для начала Морган попытался вспомнить рисунок звезд вокруг живой планеты, узнать среди них созвездия, по которым можно было определить хотя бы приблизительные координаты. Без шаблона или простой бумаги с карандашом это было очень трудно. Поэтому Морган закрыл глаза и начал представлять, но выходило плохо.
Тогда он направился туда, где с легкостью смог бы найти пусть не шаблон или бумагу, но уголь и неограниченное количество бетонных стен, — в виртуальность.
Находясь там, он больше не охотился за Лимой. Он все время проводил за мысленными расчетами. Киборг выбрал себе отдаленное от центра города здание и облюбовал там несколько комнат.
Уже через несколько часов все стены, на которых можно было рисовать и писать, были исчерчены схемами и испещрены уравнениями. Морган носился из комнаты в комнату как безумный. Он разговаривал сам с собой, рассуждал вслух, иногда смеялся, когда что-то удавалось, иногда злился и выпускал свою ярость, ломая и круша все, что подвернется под руку. Когда он почувствовал, что нужно покидать виртуальность, то решил еще раз попробовать попасть в тот сектор виртуальности. Поднялся на крышу и просто сиганул вниз. Тело его модели было самым обычным — человеческим. Поэтому падение с семнадцатого этажа оказалось для него смертельным. Через секунду Морган был уже в своем настоящем теле. Сбоя в программе не произошло.
Киборг досадливо цыкнул, но даже не подумал отчаиваться. Кипучая деятельность, которую он развел, словно придала ему новые силы. Морган проверил, все ли у него сделано, и заснул, дав мозгу отдых. А после пробуждения опять принялся за расчеты.
Проходили дни, но бывший главарь так и не смог получить результат. Каждый раз, покидая виртуальность, он умирал, но его просто выбрасывало в реальность, и все.
— Зодчий тебя задери! — ругался он в сердцах. Киборг жалел, что не может попасть в те времена, когда был профессором и в его распоряжении находилась целая исследовательская лаборатория. — Сейчас бы навигационный компьютер!
После этих слов мысль, зревшая в его подсознании, окончательно оформилась. В глазах киборга появился блеск, которого не было уже долгие годы, — блеск надежды и жажды действия. Он поднял взгляд на свою подопечную, которая снова путешествовала по своей виртуальной темнице.
И решение пришло само собой. Он знал, какую модель для погружения ему выбрать в этот раз. Знал, что делать и что говорить. Морган довольно улыбнулся и воткнул шунт в разъем за ухом.
Они кружили, делая короткие осторожные выпады, не решаясь на опрометчивые атаки. Лима оценивала нового врага и понимала, что более серьезного противника за последние несколько лет у нее не было.
Балахон с капюшоном не мешал ему двигаться легко и непринужденно. Странное, похожее на косу оружие, невесомо порхавшее в его умелых руках, обмотанных тонкими кожаными ремнями, вызывало какие-то смутные ассоциации, причинявшие неясное чувство тревоги.
Решив больше не ждать, Лима ринулась в атаку, и, словно два смертоносных вихря, они завертелись среди бетонных обломков. Искры разлетались в стороны, когда их оружие сталкивалось или задевало за камень, разрывало на куски бетонные обломки или оставляло рваные шрамы на стенах.
