Четыре ящика с фирменным немецким пивом мы оставили Сан Санычу, под его одобрительное крякание. Мы же не такие барыги, пусть забирает, для хорошего человека не жалко. Все равно нам место свободное в машине нужно под купленные шмотки.
Уже в машине, когда мы немного отъехали от магазина, я покрутил пальцем у виска. Мужики захихикали в салоне. Похоже, у торговца совсем крыша съехала. Какая поставка, какие деньги? Деньги сейчас – пустые бумажки. Только сумашедший может говорить о том, что скоро к нему поступит новая поставка товара. Какого товара? На улицах психи бегают, миллионы людей погибли…
– Я его даже звать к нам на «Гребной» не стал, – пояснил я Андреевичу, – у него крыша явно поехала. Скоро и так, безо всякого заражения, сам психом станет.
В машине мы сидели уже с трудом. Сектора плохо просматривались из окон, да и само положение для стрельбы было не удобным из-за большого количества ящиков с продуктами и мешков со шмотками. Нужно было в срочном порядке добыть еще один автомобиль, и часть груза переложить в него. Начали осматривать прилегающие к дороге улицы. Машины стоят, только закрытые. На стоянки и паркинги нужно ехать, к торговым центрам. А там собаки. В итоге, решили ехать назад и часть груза выложить на базе. После нескольких безуспешных попыток связаться по рации, развернулись и взяли курс на Гребной канал, обратно. На самом деле, в том, что база нам не отвечала, ничего страшного не было. Там рация на яхте стоит, и нет дежурного радиста. А может, просто связи нет.
Развернулись через двойную сплошную, нарушая все правила. Сверху, на столбе, висела не работающая видеокамера. А за окнами все тот же унылый пейзаж. Когда проезжали мимо высокого офисного здания, тоже то ли торгового центра, то ли бизнес центра, Гоша толкнул меня.
– Старшой, смотри, машет нам кто-то!
Я присмотрелся через лобовое стекло – точно. С четвертого этажа строения лысый мужик в красной футболке машет тряпкой и кричит.
– Тормозни, – хлопнул я по панели приборов машины.
Так, что делать? С одной стороны, помочь, конечно же, нужно. А с другой, это большой офисный центр! «Единоборства и финтнес», гласил плакат на входе. Бывал я в этом месте, правда, уже давно. На первом этаже «Макдональдс», но он в стороне, отдельный вход вон там, на углу, с торца здания. До него нам далеко. А вот тут открытые стеклянные двери, главный вход. И, что еще нам на руку, несколько автомобилей стоят на парковке у здания. Автомобили нам не помешают.
– Мужики, как поступим? – повернулся я к личному составу.
– Ну это, помочь бы надо, – потер нос Вадимович.
– Что другие скажут? – я отсоединил магазин на карабине. Проверил патроны и вставил назад.
– Да был я в этом центре, – подал голос Михаил, – там никогда народу не было. Рядом же «Фантастика», где на нас собаки набросились, вот в ней толпы постоянно ходили. А в этом – полтора землекопа народу всегда было, даже в выходные дни. А в будние – полный голяк. Только в спортзал и ходили. А лысый как раз в спортзале сидит, – Михаил еще раз посмотрел в окно машины и продолжил, – точно, там балкон есть длинный, он с балкона машет. А еще в зале есть спортивного питания большой магазин.
– Спортивного питания? – переспросил я.
А что, идеальный вариант для нас. Готовить некогда, консервы надоели, а тут взял с собой, развел водой, проглотил аминокислоты, съел энергетический батончик, и стреляешь зомбаков да мародеришь!
– Решено! – поставил я точку. – Я, Михаил, и ты, – показал я на Вадимовича, – идете со мной в здание. А ты, Гоша, и Андреич – тачку ищите. Психов тут не видать пока. Завести и угнать сможете, если что?
– Ну, раньше умел, – пожал плечами Игорь.
– Вадимович и Миша, забить магазины по полной, и разгрузки новые примерьте, под себя подгоните. Идем внутрь здания. Я первый, потом Вадимович. Михаил, тыл за тобой, понял? – сказал я, загоняя патрон в патронник. – Давай, Гоша, ко входу подкатывай!
«Тигр» подъехал на медленной скорости почти вплотную к открытым дверям, и Вадимович с Михаилом вышли через заднюю дверь «Тигра». А я, как обычно, вышел через пассажирскую.
– Будь на связи, контролируй вход, и машину вторую ищите, вон их сколько, – и я указал пальцем на стоянку.
