Хорошо известно, что Иоанн Креститель ни разу за всю свою жизнь не засмеялся, Иисус же никогда не плакал, поскольку один находился в состоянии сжатия, а другой – расширения [66].
Однажды они повстречались, и Иоанн спросил Иисуса, охранил ли тот себя от Гнева Божьего. Иисус ответил вопросом, он спросил Иоанна, не утратил ли тот упования на Божественное милосердие, заключив словами: «Стенаниям твоим не взволновать извечного мироустройства, равно и веселием моим не изменить великого промысла».
Говорили, что единственным имуществом Иисуса была чашка, из которой он пил воду. Однажды он увидел человека, пьющего из чашеобразно сложенной ладони. С тех пор он обходился без чашки, говоря: «Доныне не сознавал я, что Господь даровал мне чашу».
Говорят, что когда бедняков призовут на Страшный Суд, истребуют они должное им у Господа, ибо сотворил их бедными, и не могли надлежаще служить Ему. И тогда будет призван Иисус, тот, кто пришел в мир без гроша и покинул его без гроша, ибо ему следует быть судьей этих людей.
У Иисуса был серый осел, который никогда не проходил более двух лиг в день. Сострадание Иисуса было таково, что както ночью он двести раз ходил за водой для животного – столь внимателен он был к нему. Упрямое создание отказывалось пить, и Иисус, беспокоясь о нем, всю ночь не ложился спать.
На следующий день ученики спросили о таинственном бдении их наставника.
Иисус сказал им:
– Он не имеет языка, чтобы сказать о своей нужде. Когда его мучает жажда, неуместно мне спать. Целый день он носил меня на себе, и если он не пьет, мне придется отвечать за сей позор перед Всемогущим. Как же я могу спать, утолив свою жажду, в то время как ему не привелось попить, и он не может сообщить мне об этом?
Благородство есть ничто иное как смиренное служение Создателю и доброта ко всем созданиям.
