Таким образом, рассказ (story) о Царстве порождал соответствующую деятельность (praxis) среди тех, кто его слышал и приложил к себе. В рамках мировоззренческой модели рассказы не только усиливают деятельность и символы рассказчика, но и обращаются к другим мировоззрениям и складам ума, стараются вызвать отклик, — чтобы люди изменили свои рассказы, символы и деятельность (естественно, что призыв к смене деятельности уже предполагает достаточно широкие перемены[882]). На мой взгляд, призывы и заповеди Иисуса необходимо рассматривать не как «новое учение» (в смысле новых нравственных правил или богословских принципов), но как часть его глубинного Рассказа, имевшего целью побудить слушателей перестроить свою деятельность и связанные с этим элементы мировоззрения.
Как работает Рассказ? Рассмотрим четыре его стадии:
1)
2)
3)
4)
Кому–то может показаться странным, что Иисус предусматривал такие последствия своего провозвестия. Иным ученым до сих пор не хватает фантазии представить Иисуса ожидающим, что некая «община» будет слушать его рассказы и совместно их усваивать. Однако ничего удивительного здесь нет, и можно смело считать отжившим представление о том, будто Иисус обращался к «индивидам» как изолированным сущностям. За последние 40 лет мы выявили большой интерес к «общине» у Матфея, Марка, Луки и Иоанна (возможно, также в Q и у Фомы). Никак не менее очевидно, что и самого Иисуса глубоко волновало воздействие его провозвестия о Царстве на группы людей. (Во избежание недоразумений оговорюсь: этот социальный аспект не только не ослабляет, но даже усиливает аспект личностный — обращение к конкретным людям.
Раньше часто считали, что Иисус с минуты на минуту ожидал конца света, а потому и речи о будущей общине своих последователей не заводил: существовала лишь группа близких к нему людей, чающих скорого конца нашего пространственно–временного континуума. Сейчас ученые постепенно отходят и от этой гипотезы. Данного вопроса мы подробнее коснемся в следующей главе, а пока отметим:
• Иисус, видимо, предусматривал появление новой формы общины;
• Иисус, видимо,
Мы не сомневаемся, что Иисус ждал решительного поворота в истории. Мы лишь ставим вопрос о содержании этого поворота.
Матфей и Марк предлагают в качестве вводного резюме Иисусовой Вести фразу, включающую призыв «покаяться» (Мк 1:15/Мф 4:17). Однако действительно ли Иисус этого требовал? И если он это требовал, то что имел в виду? Насколько данное требование когерентно с общей темой его Вести?
Старые комментарии и словари более или менее единодушны: «покаяние» — одна из основных тем служения Иисуса, оно представляет собой как бы негативную сторону «обращения»[884]. Эти комментарии придерживаются довольно абстрактной схемы, где Иисус проповедует вечную Весть о «Боге» и «Человеке», а также об обращении «Человека». С данной точки зрения, Иисус предлагает альтернативу еврейскому законничеству — «обращение» (включая «покаяние») как акт незаслуженной милости Божьей[885]. Речь идет, фактически, об индивидуальной нравственности: Иисус стремится изменить поведение людей к лучшему, хотя удерживает их от взглядов пелагианского толка.
