Иисус и победа Бога полностью

Сколь богословским бы ни было понятие «Царства», именно в связанных с ним рассказе и деятельности Иисус черпал то представление о будущем и те образы, которыми он звал слушателей к действиям, имевшим значение на всех уровнях жизни. Далее. Иисус, несомненно, организовывал социальную революцию: убеждать даже небольшие группы в деревнях изменить поведение вышеописанным образом — серьезный вызов обычаям. Отметим в связи с этим Мф 18 с его подробными наставлениями по поводу укоров одним «братом» другого. Данный материал обычно считается созданием поздней Церкви. Однако он вполне может быть и аутентичным[1077]. Это легко увидеть, если представить реальную ситуацию: люди с удовольствием слушают Иисуса, но им приходится остаться у себя в деревне. Ученики Иисуса хотели знать, как на практике осуществлять проповедуемое им прощение.

Однако было бы ошибкой полагать, что эта социальная революция была лишена политического смысла. Любой, кто возвещал Царство ГОСПОДА, вовлекал себя в серьезную политическую акцию. Любой, кто возвещал Царство, но открыто возражал против вооруженного сопротивления, вовлекал себя во вдвойне серьезную политическую акцию: его слова могли привести в ярость не только оккупантов, но и участников сопротивления. Как мы показали в NTPG, некоторые из наиболее ревностных революционеров были бескомпромиссными фарисеями[1078]. Как мы покажем в главе 9, это отчасти объясняет суть споров Иисуса с фарисеями. Программа Иисуса была «социальной» именно потому, что она была насквозь «богословской». Иисус замышлял и создавал группы последователей, живущих так, как он заповедал. Подобно основателю (основателям?) ессеев, подобно Иоанну Крестителю, он предполагал, что по всей Палестине небольшие группы верных ему людей будут собираться, подбадривать и прощать друг друга, жить общей жизнью единой семьи. Именно потому, что этот образ жизни был тем, чем был, и отражал именно такие богословские взгляды, движение Иисуса было глубоко (и опасно!) «политическим».

Повторимся: главная особенность создаваемых Иисусом групп — верность самому Иисусу. На мой взгляд, это отражено в Мф 18:19–20:

Если двое из вас согласятся на земле просить о всяком деле, то чего бы ни попросили, будет им от Отца Моего Небесного. Ибо, где двое или трое собраны во имя мое, там я посреди них.

В связи с этим отрывком часто вспоминают «Пирке Авот» (3:2):

Если сидят двое и говорят о Законе, то Божественное Присутствие пребывает с ними[1079].

Как известно, слова в Мф 18:19–20 часто считают созданием ранней Церкви, относящимися к воскресшему и прославленному Иисусу. Нет сомнений, что послепасхальная Церковь действительно понимала этот отрывок (и Мф 28:20) в таком ключе. Однако Дэвис и Эллисон отмечают: Павел мог говорить, что «духом находится» с церквами[1080] , нет причин, почему так не могли говорить и другие, включая самого Иисуса. Если Иисус и впрямь оставлял после себя в деревнях группы последователей, подобные высказывания абсолютно естественны. Как только мы уловим динамику тогдашнего еврейского общества и внутреннюю динамику Иисусова рассказа о Царстве, картина обретает исторический смысл. Иисус звал людей изменить образ жизни, чтобы они соответствовали новому этапу в ГОСПОДНЕМ замысле о спасении.

Итак, рассказ о Царстве рождал приглашение, прием и требование. Все слушатели Иисуса были призваны стать персонажами драмы, жить как люди Царства. Однако у раскрытия Рассказа перед людьми был еще один аспект. По крайней мере, некоторых из своих слушателей Иисус не просто звал хранить верность ему и его движению, — он звал их оставить дом и в самом буквальном смысле следовать за ним. У него была программа. У него был замысел. Для исполнения замысла ему нужны были спутники и даже помощники.

В Евангелиях можно различить несколько различных уровней требования и призыва. Эти уровни невозможно четко разграничить, но очевидно: вполне удовлетворяясь тем, что одни люди (вроде Марии и Марфы) будут хранить ему верность на расстоянии, Иисус звал некоторых других все продать и идти за ним[1081]. Похоже, что кто–то присоединялся к Иисусу время от времени. Кто–то из своей частной собственности обеспечивал средствами его самого и его учеников, — надо полагать, оставаясь с частью имущества для получения дальнейшего дохода. Кто–то мог приютить этих скитальцев дома, — стало быть, самому живя именно дома, а не путешествуя с Иисусом. Нам неизвестно, сколько месяцев в году Иисус с близкими учениками странствовал. Нам также неизвестно, был ли местом, где они оставались на зиму, — они вполне могли оставаться на зиму в одном месте, — непременно Капернаум, откуда происходили несколько учеников.