Жить в мире, где не надо прикладывать усилий для того, чтобы получить знание или навык – мечта любого школьника, сладкий сон любого студента. Или кошмарный Путь на Прорыв молодого ученого, жаждущего во что бы то ни стало совершить величайшее открытие эпохи.
Эрик отбросил газету и поморщился. Печатная газета – непременный атрибут привилегированного сословия – выглядела инородным телом посреди хромированной гостиной, в обществе бесчисленных датчиков и сенсорных панелей. В льдисто-блёклых глазах мужчины, лишь на мгновение, вспыхнуло раздражение. И тут же угасло под ледяной коркой привычной невозмутимости. Тонкие, ухоженные пальцы несколько раз сжались, выдавая крайнюю степень нетерпения. Но, спустя несколько глубоких вдохов, Эрик вернулся в привычное равновесное состояние. Он знал, что нужно делать. Он знал, где искать виновных.
***
В коридоре было непривычно тихо для этого часа. Все служащие Корпорации собрались в конференц-зале, отчего пустота и тишина тут же оккупировали пространства холлов и рекреаций. Нарастающий гул, доносящийся из-за плотно закрытых пластиковых дверей, был единственным звуком, царившим в здании. Ни телефонных звонков, ни торопливых шагов, ни коротких, сдавленных смешков. Весь коллектив головного офиса собрался на Презентацию.
– Ты слышал?
– Не верю!
– Я видел подписанный приказ. Это будет новая разработка!
– Видел, не видел, приказ всегда можно отозвать. Или порвать. Или сделать вид, что его просто не было!
– А я тебе говорю, что это будет Прорыв! Вот увидишь!
– Пойди проспись! Прорыв уже мерещится, а…
Разговоры полушепотом, приглушенное покашливание, судорожные вздохи – вот, что составляло тот самый гул. Сейчас зал для Презентаций больше походил на улей – одно неловкое движение, неосторожное слово и весь этот напряженный, затаившийся рой сотрудников вырвется из-под контроля негодующей толпой.
Никто не верил, что близится час Прорыва. Никто не хотел принимать, что кто-то из них способен совершить Открытие.
– Сбруев?
– Здесь!
– Мельников?
– Здесь!
– Бурко?
– На месте.
– Вереснев?
– Тут!
В разных концах зала началась перекличка. Каждый обязан был присутствовать на собрании. Оставить задачи и заботы, отложить все насущные дела. Таков был строй. Таков был порядок. Нарушить его —поставить под сомнение успех всей Корпорации. А что может быть важнее этого? Общая цель! Общее дело! Путь на Прорыв!
Этот девиз видел каждый сотрудник ежедневно во всех уголках головного офиса. В лифте, над входом на этаж, в переговорных и столовой. Каждый обязан был помнить и исполнять.
Мелодичный перелив в динамиках возвестил о минутной готовности. Ровно сорок девять секунд спустя на сцену вышел Ареопаг – президент Корпорации и его главные заместители. Был еще один человек, входящий в состав Ареопага. Но его кресло, по обыкновению, пустовало. Все знали, что он предпочитает оставаться в тени закулисья и не любит, когда на него взирает толпа сотрудников. Впрочем, это не мешало той самой толпе прекрасно помнить его лицо. И тихий, вкрадчивый голос, не предвещающий ничего хорошего. Вот и сейчас тот самый человек остался стоять у третьей кулисы, немигающим взглядом наблюдая за происходящем на сцене. За восемь секунд Ареопаг ровной шеренгой выстроился на сцене перед своими хромированными креслами. Начищенные пуговицы блеснули в свете софитов двумя вывернутыми полусферами. Такие же запонки, выточенные из высококачественных синтезированных рубинов, полыхнули россыпью кровавых бликов. В зале воцарилась мгновенная тишина. И грянул гимн Корпорации.
– Близится время светлых годов, к новым свершеньям всегда будь готов!
Нестройный хор сотрудников голосил в полную силу. Каждый знал, что по периметру расположены датчики звука. И прямо сейчас нейросеть считывает уровень исполнения поющих. Чтобы потом выдать подробный отчет о воодушевлённости работника, его преданности Корпорации и готовности разделить идеалы и устремления. Едва барабаны перестали стучать, над головами поющих вспыхнули таблички с надписями. В основном – зелёные. «Вы поёте воодушевлённо». Несколько желтых – «Следует приложить больше старания». И одна красная.
Надпись алела в полумраке затихшего зала. Каждому казалось, что он слышит этот виртуальный голос в своей голове. А буквы медленно превращаются в тонкие линии, вычерчивающие алый крест на дальнейшей карьере.
