Он практически рассмеялся. Она выглядела такой мягкой, сладкой и прекрасной. И было видно, что прямо сейчас она боялась. Он притянул ее в свои объятия. И побыв в них не больше минуты, она расслабилась.
— Да, дорогая. Бери столько времени, сколько тебе нужно. Если ты хочешь, чтобы мы подождали, то мы подождем. Ты знаешь, мы можем все прекратить, прямо сейчас. И не произойдет ничего того, чего ты не хочешь.
— Бурк прав, Джесса. Вообще ничего не должно произойти. Это просто безумие, — сказал Коул уверенным тоном, понизив свой голос.
— Я готов сойти с ума.
Джесса нахмурилась и повернулась к нему.
— Я уже сумасшедшая. Я обещала секс.
Он поцеловал ее в кончик носа.
— Я думаю, что мы сможем справиться с этим.
Она кивнула и отстранилась.
— Я просто хочу немного освежиться. Дайте мне пару минут. Я уверяю вас, что хочу этого не меньше, чем вы. Я хочу вас обоих.
Сказав это, она исчезла в ванной комнате.
— Это плохая идея.
Коул всегда выносил обвинительный приговор.
— Заткнись, Иа. Она приняла решение.
Бурк посмотрел на брата и вздохнул.
— Мне очень нравится эта девушка.
— Ты думаешь, я этого не вижу, — Коул бросил вызов.
— Я без ума от нее. Я не думал, что когда-либо…..
Коул не дал закончить ему предложение. И Бурк понял, что тот тоже мучился от этого чувства. Джесса была особенной. Ведь на самом деле, она могла бы быть той самой, единственной. И то, что она так легко уговорила Коула, лишь доказало это. Она не испугавшись, поняла и приняла их странные наклонности.
Бурк не мог припомнить момента, когда его брата волновали чьи-либо желания, и к кому он действительно проявлял заботу. Коул был более вдумчивым, и был склонен к размышлениям. И он позволил этому ублюдку, своему дяде, конкретно порыться в своей голове, после чего тот оставил огромные шрамы на его сердце. Бурк часто вытаскивал его из темных размышлений. Может быть, Джесса сможет окончательно убедить брата в том, что он был не только полезным, но и прекрасным человеком.
Коул часто подставлял свое плечо Бурку, и рисковал всем, спасая его в Афганистане. Коул был тем, кто позаботился о его заднице, оставив позади свою карьеру военного, после того как Бурк подорвался на самодельном взрывном устройстве.
Да, Бурк был подвижнее, очаровательнее, но он мало что мог сделать без своего брата.
— Я знаю, что сроки поджимают, — выдвинул Бурк.
— У нас скоро должна состояться встреча, на которой мы, как правило, покупаем рабов. Эти люди опасны.
— Мы спасаем девушку. Поэтому не нужно говорить, что мы плохие парни.
Он не собирался позволить самому лучшему, что когда-либо с ними случалось, ускользнуть сквозь пальцы. Джесса не имеет ничего общего с их шпионской деятельностью. Скоро они займутся поимкой плохих парней и спасением девушек, после чего вернутся и будут отстаивать свои права на свою женщину. Конец истории.
— А что будет, если мы узнаем, что Алии уже нет в Южной Америке, что если ее перевезли в другое место. Ты сам понимаешь, что маловероятно, что она все еще находится в Нью-Йорке. А мы должны найти ее, потому как в долгу перед ее двоюродным братом. Черт. Мы в долгу перед ней.
В этом был весь Коул. Он всегда хотел спасти всех в этом гребаном мире. Возможно, в большинстве случаев он был слишком мрачным, но он действительно верил в добро.
— Мы найдем Алию и посадим этого ублюдка Дельгадо, но именно сейчас я хочу Джессу. Неужели мы не достойны награды, за все то дерьмо, что с нами происходит? Неужели мы не достойны маленького кусочка счастья? Счастья в нашем проклятом будущем?
Он знал, что его слова звучали эгоистично, но ему хотелось все таки верить, что они заслуживают с братом счастья, хотя бы за то, что они боролись за свою страну и за своих ближних. Ему было просто необходимо верить в то, что в один прекрасный день он сможет убрать свой пистолет в ящик и с головой погрузиться в счастливый брак и семью, даже если его белый штакетник вокруг дома будет не совсем идеальным.
— Эй.
Коул положил руку ему на плечо.
— Я все понимаю. Я хочу ее так же сильно, как и ты. Я хочу заняться с ней жестким сексом. Но я боюсь. Я не думаю, что могу измениться. Мне нужно властвовать и управлять ей во время секса, возможно даже причинять ей боль. Возможно не сегодня, но рано или поздно это все равно произойдет.
Он сделал паузу.
— Я не хочу причинять ей боль. Я оставлю ее с тобой, а сам займусь бизнесом, и вы сможете быть счастливы.
Он всегда был чертовым мучеником.
— Я не...
— А как насчет того, чего хочу я? спросила Джесса.
Бурк повернулся и увидел ее, стоящую, прижавшись к двери ванной, в одном роскошном халате, предоставленным отелем. Ее темно-рыжие волосы лежали на плечах. Она завязала халат на талии, но его ворот открыл их обозрению ее фарфоровую кожу, давая намек на округлую грудь под халатом.
— Он просто самоотверженный идиот, — сказал Бурк.
Просто не было никаких других слов, чтобы описать фразу, высказанную его братом. Коул фыркнул и послал ему неодобрительный взгляд. Джесса только улыбнулась, и окинула их ленивым, сексуальным взглядом.
— Да, он в этом преуспел. Но я же не собираюсь съесть его.
