Когда Ноэми Хаксли была вынуждена выбирать между любовью и долгом… она выбрала долг. Два года спустя, принимая приглашение посетить королевскую свадьбу в Талании, она меньше всего ожидала встретиться лицом к лицу со своим бывшим или узнать, что он назначен её охранником на это мероприятие.Исаак Козлов уже однажды позволил любви всей своей жизни уйти, и будь он проклят, если сделает это во второй раз. У него есть три дня, чтобы переубедить Ноэми, и Исаак сделает всё возможное, чтобы это произошло. Он будет играть нечестно, чтобы убедить Ноэми, что «долго и счастливо» бывает не только в сказках.
Ноэми Хаксли вошла в свои апартаменты в таланском дворце и глубоко вздохнула. Она впервые вернулась сюда за последние два года с тех пор, как стала главой семьи, а её отца судили и признали виновным в государственной измене. Эти выходные так много значили, что в животе всё скручивалось от напряжения. Во время этого события — свадьбы младшего брата короля — все будут смотреть на неё, и она не могла позволить себе ошибиться.
Девушка медленно обошла комнату, но это движение не помогло подавить ей всё нарастающее беспокойство. Она не присутствовала на вечеринке по случаю помолвки и не планировала посещать другие частные мероприятия перед самой свадьбой. Единственная причина, по которой она приехала сюда раньше на целых три дня, заключалась в том, что невеста принца была Хаксли, хотя и дальней родственницей. Отец невесты скончался много лет назад, и она захотела, чтобы именно глава семьи провела её по проходу.
Она остановилась и провела рукой по шелковому платью-футляру. До этого ещё никто не владел титулом Леди Хаксли. С самого начала родословной титул всегда переходил к наследнику мужского пола.
До Ноэми.
Стук в дверь вернул её в настоящее. Именно сейчас, когда с неё не сводили глаз все аристократы Талании, она не могла позволить себе отвлекаться на что-либо. Король и его консорты рискнули, пойдя против многовековых традиций и поддержав её права как члена семьи Хаксли, и будь она проклята, если сделает то, что поставит под угрозу её положение. Мечты лишь приведут её к фиаско.
Она поспешила открыть дверь и резко застыла, когда на её тело упала тень. Она
— Исаак.
— Леди Хаксли.
Слова ужалили, как она и предполагала. Напоминание. Напоминание о той близости, которой больше нет между ними, о выборе, который она была вынуждена сделать два года назад, и обо всём, чем она пожертвовала, даже если и получила то, чего, как она думала, всегда желала.
Смешно, но она попыталась ещё больше вытянуться. Несмотря на то, что её рост почти шесть футов, Исаак Козлов возвышался над ней и казался необъятным. Он заполонил весь дверной проём, чуть сгорбившись, а в любом другом месте ему приходилось нагибаться, чтобы пройти.
Стоп, а зачем ему вообще проходить? Он здесь не ради неё, несмотря на то, что стоял у двери её апартаментов. Она разрушила эту связь два года назад, когда выбрала служение народу, а не то, что могло бы называться любовью.
Она вскинула подбородок, прекрасно понимая, что выдала себя одним этим движением, но ничего не могла с собой поделать.
— Чем могу помочь, мистер Козлов?
Теперь настала его очередь стушеваться.
— Нам нужно детально обсудить план твоей защиты.
Она моргнула.
— Во дворце достаточно охраны, поэтому дворянам не нужны телохранители. В этом и заключается весь смысл пребывания здесь.
— У меня приказ.
На его грубых чертах отобразилось упрямство, которое она слишком хорошо знала. Его не переубедить.
Она могла стоять здесь и спорить хоть до посинения, пока оба не достигли бы точки кипения, или могла впустить его и разобраться за закрытыми дверями — подальше от любопытных глаз и ушей. Раздражение росло с каждым биением сердца, но он загнал её в угол, и оба прекрасно понимали, что она скорее умрёт, чем устроит сцену прилюдно.
Ноэми отступила назад, каждое её движение было наполнено агрессией.
— Проходи.
Она не стала ждать, когда он войдёт, вместо этого прошла в главную гостиную и налила себе крепкий напиток. Может ещё и не полдень, но если ей придётся иметь дело со своим бывшим менее чем через час после прибытия во дворец, то она заслуживает бренди.
Исаак вошёл в комнату и бегло осмотрелся. Ничего не изменилось с тех пор, как он был здесь в последний раз, прижимая её к… Нет, она не позволит снова встать на эту тропу воспоминаний. Они причиняют слишком много боли.
Ноэми уселась на единственный стул, уступив ему диван. Пусть
Исаак наклонился вперёд и уперся локтями в бёдра.
