– Ты мои мысли читаешь, – задумчиво отозвался Вильбуа. – Всё это нужно анализировать, исследовать… Ихтиандр, мы ведь почти создали прибор, расшифровывающий речь дельфинов, но Сальватор, благодаря нашему общему другу, сконструировал его первый. И профессор, и мы вели работы параллельно, то есть мы стремились не только расшифровать речь дельфинов, но и вступить с ними в контакт, полагая, что это произведёт революцию в понимании человеком законов её Величества Эволюции. Сейчас мы, как никогда, близки к созданию прибора с обратным действием, и ключ к пониманию всего спектра языка дельфинов у меня в руках (он посмотрел на схему обратной связи), – осталось малое – расшифровать её!..
За окном уже стемнело. Шторм прошёл стороной, и люди решили выйти на террасу. Затем был подан ужин, прошедший в оживлённой беседе. В гостиной Ихтиандр продолжил свой рассказ. Речь шла о подводном хребте и вулкане.
Когда он назвал предполагаемые размеры хребта, Поль и Арман переглянулись. Поль взял кусок породы и после внимательного осмотра заявил, что это металлическая руда с высочайшим процентом содержания меди, железа и свинца.
Немного подумав, он добавил:
– А так же, наверное, и цинка. Для уточнения процентного содержания надо сделать химический анализ.
Поль всю жизнь проработал горным инженером на одном из рудников Новой Зеландии, и потому его заключению можно было полностью доверять.
– Ты говоришь, и глубина небольшая? Это ж какой металлургический завод можно построить!
– Вот и возьмись за это дело, – предложил Вильбуа.
Ихтиандр не понимал этих восторгов, а тем более планов, которые почти сразу возникли в голове опытного инженера.
– У кого металл, – пояснил Поль, – тот и хозяин положения: он может делать автомобили, мосты, корабли, наконец, кинжалы, как у тебя!
Когда инженер наконец успокоился, юноша перешёл к истории с пароходом и пиратами.
Когда он закончил, за окнами уже была ночь. После обсуждения этого увлекательного рассказа все стали расходиться. К Ихтиандру подошёл Арман и, пригласив к себе в кабинет, задал ещё несколько вопросов, связанных с арестом его и Сальватора. Выслушав, Вильбуа пожелал гостю спокойной ночи и после глубокого раздумья сел за письмо президенту Франции, поскольку завтра ожидался пароход, следующий в США.
Только за полночь в кабинете хозяина усадьбы потух свет. Утром, когда все позавтракали, он попросил минуту внимания:
– Сегодня нам надо изменить план работы в связи с последними сообщениями нашего уважаемого гостя. И первым делом необходимо провести углублённый химический анализ этого минерала, ибо это нужно для письменного сообщения президенту. Заодно Ихтиандр посмотрит нашу исследовательскую лабораторию в деле.
Поль внимательно взглянул на брата и после короткой паузы произнёс:
– Нужно ли нам, Арман, сообщать об этом правительству? Мы и сами можем… хотя бы попробовать!
– Поль!.. Мы ничего не сможем сами, во всяком случае, быстро и в необходимом объёме. А вдруг этой проблемой займутся другие? Мы только упустим время! Самое важное здесь не металл и богатства. Важно то, что это поможет освободить Сальватора!! Без такого сообщения, пожалуй, и статус кавалера ордена Почётного легиона может не помочь. Слишком грандиозный скандал, как я понял, связан с именем нашего дорогого профессора!.. Хотел сам поехать, но суетой тут, пожалуй, можно и навредить…
Ихтиандр не очень понимал, о чём идёт речь, пока разговор не зашёл о докторе. Он плохо знал законы, по которым в обществе жили люди. Лишь только в последнее время он увидел власть денег и понял, что такое любовь. Конечно, об этом он слышал и раньше. Но на деле он понял власть денег, только попав к Зурите, а любовь открыл, увидев Гуттиэре… Для него не существовало богатств, и поэтому из разговора, который вёл сейчас Вильбуа, он понял только, что этот кусок руды может помочь Сальватору выйти из тюрьмы, – а это было для него одним из немногих желаний. Поэтому он очень обрадовался, когда вопрос был решён положительно.
– Ну вот и замечательно, – произнёс океанолог, увидев улыбку на лице юноши. – Ихтиандр тоже согласен с общим мнением. А теперь, друзья мои, срочно за работу, время не ждёт!
Научно-исследовательская лаборатория располагалась в другом здании. Она чем-то напоминала одну из лабораторий профессора Сальватора. Ихтиандр чувствовал, что учёным сейчас не до объяснений, поэтому ни о чем не спрашивал.
В течение часа был сделан спектральный анализ руды. Результат превзошёл все ожидания. В ней оказалось: тридцать процентов меди, пятьдесят процентов железа, пятнадцать процентов свинца и всего лишь пять процентов не имеющей практического значения примеси. Вильбуа отразил эти цифры в письме. До прибытия парохода оставалось совсем немного времени. Усадив всех, он зачитал послание:
