Ихтиандр стоял и грустно смотрел вслед удаляющейся.
Жак и Диана вышли на берег. Ихтиандр не замечал их, он сосредоточенно о чём-то думал. Затем, не глядя на подошедших друзей, тихо сказал:
– Я приношу несчастье… Я ухожу в море…
– Ты что это, Ихтиандр?! – воскликнула Диана.
Жак выразительно посмотрел на девушку. Диана поняла, кивнула, взяла платье подруги и пошла к дому.
– Я всё ей рассказал, – тихо сказал Ихтиандр. – Она собирается с тобой в Европу.
– Друг, ты успокойся, так часто бывает в жизни. Отношения между людьми складываются по-разному, особенно это касается любви. Ведь и со мной нет рядом той, которую обожал. Мы действительно послезавтра уплываем в Европу, но это ещё ни о чём не говорит. Розали впервые влюблена. Да такой, как ты, кому не понравится?!
Они долго говорили, сидя на прибрежном песке и не замечая, что сам Вильбуа продолжает внимательно следить за ними.
«Да, – подумал Арман, – в жизни всё не так просто…»
Через день Жак и Розали, простившись со всеми, отправились в путешествие. Розали, казалось, успокоилась, и Женнет находила её молодцом. В жизни девушки открывалась новая страница…
Глава 19
Между тем в другой точке Земли, находящейся рядом с Буэнос-Айресом, к отъезду собирался ещё один человек – это был знаменитый профессор, хирург Сальватор де Аргенти.
Он с удивлением, если не сказать больше, воспринял своё быстрое освобождение из тюрьмы.
В лаборатории почти все подопытные животные были уничтожены. Ихтиандр – его гордость – находился неведомо где. Сальватор внимательно выслушал подробный рассказ Джима о бегстве Ихтиандра. Профессору оставалось только гадать о его судьбе. Он просмотрел все газеты, вышедшие за последнее время. Никаких сообщений о найденных утопленниках или загадочных событиях в них не оказалось. Это вселяло маленькую надежду на благополучный исход побега, но что дальше?..
Сальватор написал письмо другу Арману и стал собираться в путь. Он отобрал наиболее интересные в научном плане истории болезней, книги, необходимые инструменты и приборы. Багаж составил небольшой контейнер, и таким образом всё было готово к далёкому странствию.
Ему давно хотелось навестить своего друга Вильбуа, и вот… В портфеле лежало письмо с острова девятимесячной давности. Чего же более?! Все указывало на правильность принятого решения! Де Аргенти оформил все необходимые документы на виллу и, прощаясь, сказал негру:
– Если я не вернусь, всё останется тебе, Джим.
Верный камердинер качал головой и плакал.
– Ничего, Джим. Мир тесен, мы, быть может, ещё не раз потолкуем с тобой о жизни…
Ранним осенним утром пришёл Бальтозар попрощаться с Кристо и профессором. Доктор сухо кивнул индейцу и велел Кристо поторапливаться.
Через полчаса де Аргенти в сопровождении слуги покинул виллу. Чёрный лимузин доставил их на вокзал Буэнос-Айреса.
Вскоре Сальватор, задумчиво глядя в окно своего купе, отъезжал из столицы Аргентины. Поездка через всю Южную Америку с остановкой в запланированном месте началась.
В последнем письме Арман просил новые, дополнительные данные по техническому описанию схем прибора, разработанного их другом… О готовых чудо-наушниках, которые взял из сейфа скрывшийся от преследования Ихтиандр, Вильбуа не знал. Островитянин сообщал также о своих научных разработках, связанных с этим вопросом, к сожалению уже частью устаревших к настоящему времени.
Профессор сделал всё, что намечал в пути, выполнил просьбы Армана и к концу месяца был уже в Панаме. Прожив в гостинице неделю, Сальватор и его спутник Кристо сели на пароход, направлявшийся в сторону островов Туамото. Доктор пристально смотрел в воды океана, как будто надеялся увидеть в них Ихтиандра или хотя бы узнать что-нибудь о нём.
Время, проведённое в тюрьме, изменило де Аргенти. Он еще более замкнулся, а его острый подбородок стал выдаваться еще сильнее. Мысли использовать океан на благо человека получили в его голове новое направление. Он ещё поспорит с Арманом и его помощниками… В каюту постучали.
– Да, да, войдите.
Дверь приоткрылась, и к нему заглянула симпатичная официантка:
– Господину доктору чёрный кофе?
– Да, с удовольствием, но откуда вам известно, что я врач?
Официантка кивнула в сторону соседней каюты, где жил Кристо.
– Понятно, благодарю вас, – сказал Сальватор.
Официантка вышла, а он подумал, что пора бы и отчитать Кристо за то, что не выполняет главного условия, которое он поставил ему, принимая на работу, – молчать. Профессор вздохнул. Его взгляд упал на большую пачку газет, приобретённых им за день до отплытия парохода. В этот момент в дверь снова постучали, и в каюту заглянул Кристо.
– Господин доктор, в кают-компании начинается вечер отдыха. Вы не желали бы потанцевать и… – Он осёкся на полуслове, услышав короткое:
– Нет! А ты можешь идти, Кристо, только с условием – поменьше болтать. Помнишь наш уговор насчёт языка?
– А что я такого сделал, господин профессор? Уговор был молчать обо всём, что я увижу у вас в садах.
– Довольно, иди, но обо мне никому – ни слова!
Кристо наконец сообразил, в чём дело:
