Я, конечно же, заявил, что почту за честь, отвел Людмилу Евгеньевну к кроссоверу и был вынужден помочь ей забраться на правое переднее сидение, ибо садиться на заднее Императрица не захотела. Естественно, старший смены ее телохранителей ощутимо напрягся, но я жестами дал понять, что дурить не буду, выяснил, какое место в кортеже должен буду занять, коротко кивнул и в темпе загнал в машину Олю со Светой. Потом поймал взгляд Вити, виновато развел руками и в том же стиле «был послан куда подальше».
Вот и «пошел». В смысле, сел за руль и завел двигатель. А после того, как встроился в кортеж и вырулил на улицу, превратился в слух. Вовремя: как только мы набрали скорость, Воронецкая развернулась ко мне вполоборота и взяла быка за рога:
— Игнат Данилович, скажите, пожалуйста, вы описывали Лизе хоть что-то похожее на тактику, использованную в этой дуэли?
Завираться по мелочам я не собирался, поэтому сказал чистую правду:
— Нет. Это ее собственная наработка.
— А она уже демонстрировала творческий подход к чему-либо?
— Да. Скажу больше: у нее светлая голова, аналитический склад ума и практически отсутствуют шоры.
Женщина задумчиво постучала пальцами по своему бедру и негромко пробормотала:
— Светлая голова, аналитический склад ума и отсутствие шор, говорите?
— Да.
— В комплекте с недюжинный талантом к магии, жесткими принципами, редкой целеустремленностью и воистину стальным характером?
Я пожал плечами:
— Иначе мы бы в нее не вкладывались.
— Я пришла к такому же выводу. И, откровенно говоря, здорово удивлена тем, что вы фактически отдали настолько перспективную девочку Виктору и Татьяне.
— Любимых женщин мне хватает за глаза, разбивать сердце этой девочке я не готов, а с вашим внуком дружу в самом правильном смысле этого слова.
— Достойный ответ… — после недолгой паузы заключила она и лукаво прищурилась: — … и теперь мне хочется понять, чем вы руководствовались, отправляя Лизу и двух ее ровесников из рода Искрицких в противоположный угол «Приюта усталого гурмана». Ведь вы не могли не понимать, что эти мальчишки станут жертвами ее обаяния, а значит, теоретически смогут отбить Лизу у моего внука!
Тут я невольно усмехнулся:
— Людмила Евгеньевна, не смешите: Максакова поставила себе цель, ломится к ней с неудержимостью танка
и равняется на нас. А вот с компанией, в которой можно расслабиться, у Лизы не очень: в школе ее рвут на части мальчишки-старшеклассники, выполняющие распоряжения старших родичей, а дома — завистливые родственники. Братья Искрицкие же вели себя более чем достойно. Даже после того, как пали жертвами ее обаяния. Ибо воспитаны в правильном ключе. Вот девочка и отдохнула.
— А как вам Полина Лаптева?
— На первый взгляд — очень неплохо. А для серьезных выводов мне не хватает информации.
— Информация будет — я уже озадачила аналитиков. И если она порадует, то я дам девочке шанс — на все зимние каникулы отправлю на какую-нибудь тренировочную заимку спецотдела. Скорее всего, вместе с Егором Искрицким.
— Хотите перетянуть его фокус внимания с Лизы на Полину?
— Не только: я рассчитываю правильно воспитать хотя бы часть будущей свиты Виктора и Тани, создать дополнительную связь между нами, то есть, Воронецкими, Искрицкими и Лаптевыми, намекнуть представителям других слабых родов Империи, что при достаточных усилиях с их стороны нынешний статус может измениться, и так далее.
Обдумав это объяснение, я пришел к выводу, что в планах Воронецкой наверняка имеется еще несколько слоев. Потом сообразил, что эта проблема — одна из самых незначительных из всех, которыми ей приходится заниматься, ужаснулся количеству нюансов, которую Императрица вынуждена учитывать при решении любых вопросов, и заставил себя вернуться к тому, который мы обсуждали:
— Что требуется от меня?
— В данный момент ничего. А в дальнейшем — сущие мелочи: уделять толику внимания Искрицким и Полине Лаптевой на мероприятиях высшего света, не мешать Лизе строить с ними отношения — само собой, если она этого захочет — и хоть раз в сто лет лично интересоваться их успехами. Тем самым, дополнительно мотивируя и демонстрируя приязнь.
Мнение Дайны, озвученное параллельно этому, порадовало значительно меньше, но звучало в разы логичнее и перспективнее. Поэтому я мысленно вздохнул и повесил на себя очередные обязательства:
— Людмила Евгеньевна, если ваши люди сочтут Егора, Тихона и Полину достойными кандидатами в свиту Виктора и Татьяны, то я не смогу остаться в стороне и тоже поучаствую в правильном воспитании этой троицы…
…Перед тем, как выбраться из остановившегося «Бурана», Императрица набрала секретаря своего супруга, выяснила, в какое время нам надо появиться во дворце, сообщила мне и посоветовала не приезжать, а прилетать. Потом пожелала хорошего дня, выпорхнула из салона, кивнула телохранителям и пошла к лифтам. А через несколько секунд к кроссоверу прискакала «сладкая парочка», нахально забралась внутрь и заявила, что поедет в наше поместье с нами.
