- Боже! Чего ты напробовалась? Отвечай! - Аиша встряхнула Софию за плечи.
- Дай воды, - одними губами произнесла София.
- Конечно, конечно, - Аиша довела её до дивана, уложила, укрыла и убежала на кухню, по пути вспоминая, что за дрянь может давать такой странный приторный запах и вызывать такие язвы.
Она и не заметила, как подруга покинула ложе и встала у ней за спиной. София умела двигаться очень тихо - совсем бесшумно. Выдавая себя только призрачным плачем.
- Прости, подруга, - шепнула она и протянула руку к затылку Аиши.
Дальше - дело техники. Ударившись о дверцу холодильника, Аиша упала без чувств. София вытащила её на середину кухни и перевернула на спину. Откинула волосы на грудь и бережно разобрала на затылке, открыв маленькую круглую пасть - её секрет, скрываемый под самой толстой шпилькой из сандалового дерева, украшенной стразом и резьбой.
Сейчас она выпьет всю кровь - а остальное доест так. Перорально.
А телевизор выключит потом.
***
Лимонно-жёлтый свет настольной лампы составлял компанию Оксане до поздней ночи. Ночной переполох отбил желание ложиться. Амрита и Мария заверили, что Дивьяни относительно в порядке, и предложили успокоиться чем-нибудь покрепче, но у Оксаны и так голова шла кругом, поэтому она утешалась духовной пищей.
Она не поленилась найти сказку о купце и девушке, которую не дочитала на пароме. Конец истории был не очень счастливым: девушка оказалась понтианак и напала на любовника. Но он не лыком шит - скрутил вампиршу в два счёта и забил ей в затылок гвоздик - прямо во второй рот, который она прятала под волосами и через который выпивала кровь. Обезвреженная девушка сделалась человеком и стала ему образцовой женой...
Жизненная история. Все сказки так или иначе оборачиваются прозой.
На Оксанино счастье, кухарка и горничная тоже не спали и нарассказывали ещё баек. Такие белолицые длинноволосые красавицы разгуливают вдоль дорог, нагоняла суеверный страх Мария, дирижируя сигарой, и соблазняют охотников до продажной любви. Это придумали жёны, парировала Амрита, редактируя на телефоне очередное селфи, чтобы мужья не шлялись по проституткам.
Ещё были поверья, что призраки эти - умершие при родах женщины - нападали на будущих матерей. Словом, кушали всех подряд. И летали лицом вверх, крича как птицы, и плача как дети, и источая сладкий аромат, который скоро сменяется запахом могилы...
Иланг-иланг, сандал и мирра. До невозможности сладкая смесь. Пропитавшая своды, паркет и стены...
Одна и та же причёска. Уложенная на затылке коса и шпилька ровно по центру, вонзённая прямо...
И детский плач - тогда, на веранде...
Как же всё просто - прям на поверхности...
Оксана на цыпочках поспешила к себе и растолкала Артура.
- Кальяна накурилась? - недовольно зевнул гуру.
- Артурчик, ну всё же сходится! Она пьёт его кровь, ему от этого плохо, он хочет умереть, а она не даёт, потому что без еды останется! И ей выгодно, чтобы он себя плохо чувствовал, и Амрита заметила, что она ночами гуляет! Неужели не видишь?
- Я пока вижу сплошной криминал. А тебе советую глянуть какой-нибудь сон. И фантазия выветрится, и мозги отдохнут наконец.
Оксана вздохнула и отступилась.
Стук в стекло.
Чёрная рука с разноцветным букетом протянулась в приоткрытую створку. Оксана приняла очередную охапку жёлтых цветов, с вкраплениями малинового гибискуса и зелёными веточками. На них налипла козья шерсть.
Что же, призраки теперь все втроём ей на букеты скидываются?
Похоже, они тоже не хотят, чтобы она отсюда уезжала.
Какое-то шестое чувство вновь разбудило Артура, он перепрыгнул через кровать, отобрал у Оксаны букет и вышвырнул в окошко. И без лишних слов свалился спать.
Оксана выключила свет. Вот так всегда. Сатрапы и деспоты.
Но солидарности с Софией не испытывала.
Она не позволит ей хозяйничать в этом доме.
Оксана тихонько приблизилась к окну. За занавеской скрывался напуганный призрак. Кажется, ему крепко прилетело букетом.
Оксана улыбнулась - и распахнула раму.
Они обнялись. Оксана позволила себе выплакаться, а мананангал ласково гладил её по голове.
***
Утро растворило всю мистику в солнечном свете. Как будто вчера всё происходило не с ней и не всерьёз. Оксана сладко зевнула, от души потянулась и приветствовала новый день.
Первым делом она выглянула в окно - и не поверила своим глазам. К берегу причалила целая флотилия моторок, целая делегация выбралась на песчаную отмель, стараясь не замочить дорогие костюмы, и стройной шеренгой направилась к особняку.
Процессию возглавляли дравид, похожий на цыганского барона, и сикх в тёмно-синем тюрбане. Далее следовала толпа охранников, в которую каким-то образом затесалась девушка с чёрной помадой и в чёрном полупрозрачном сари, сквозь которое просвечивали симметричные татуировки на плечах. На запястьях были набиты многочисленные полоски, видимо, вместо браслетов.
Встречать гостей высыпали все домочадцы, во главе с Итаном и Дивьяни.
Дравид сделал шаг вперёд, прижал к груди руки, унизанные золотом, и нараспев начал:
