Илья Ильф, Евгений Петров. Книга 2 полностью

Второй том построен по тому же принципу, что и первый.

Сначала — автобиография, написанная в 1935 году. Менее юмористическая, чем предыдущие. Потом — «Золотой теленок».

Несколько слов о втором романе, которому было отдано куда больше времени и сил, чем первому. По словам Петрова, «писать было трудно… Мы вспоминали, как легко писались «Двенадцать стульев», и завидовали собственной молодости». Замысел, родившийся в 1928 году, воплотился в окончательный текст лишь осенью 1930-го. В течение всего 1931 года «Золотой теленок» печатался в журнале «30 дней». В процессе публикации сентиментальный финал (женитьба Бендера и Зоей) сменился новой заключительной главой «Кавалер Золотого Руна». Ильф и Петров считали эту замену чрезвычайно важной. В декабре 1931 г. они писали в Париж переводчику: «Что касается изменения конца, то имеющийся у Вас второй вариант является окончательным и ни в коем случае не может быть переделан… В противном случае нам придется отказаться от предлагаемого Вами издания».

Мы все-таки сочли возможным предложить читателям концовку главы «Адам сказал, что так нужно». Так сказать, к сведению.

В отличие от первого романа, журнальная версия «Золотого теленка» почти дословно совпадает с первым книжным изданием. Зато во всех последующих обнаруживаются следы грубого вмешательства цензуры. К примеру.

Бендер заявляет: «Мне скучно строить социализм. Что я, каменщик, каменщик в фартуке белом?..» Скрытая цитата из Брюсова («Каменщик, каменщик в фартуке белом,/Что ты здесь строишь? Кому?/ — Эй, не мешай нам. Мы заняты делом./Строим мы, строим тюрьму…») исчезает уже из второго издания романа. В послевоенных изданиях из 2-й главы исключались упоминания о Республике немцев Поволжья (АССР немцев Поволжья перестала существовать с осени 1941 г.): «Все единодушно отказывались от Республики немцев Поволжья. <…> Видимо, не один из собравшихся сидел у недоверчивых немцев-колонистов в тюремном плену», «Ему досталась бесплодная и мстительная Республика немцев Поволжья». Из угроз Паниковского «Предупреждаю, если немцы плохо ко мне отнесутся, я конвенцию нарушу…» вычеркивали слово «немцы». В результате рассказ о нарушении конвенции потерял всякий смысл.

По непонятной причине юмористическое сообщение «Товарища Плотского, урожденного Поцелуева, мы не видели…» лишилось выделенных курсивом слов. Из авторского предисловия к роману изъята фамилия «прокурора республики т. Крыленко». Но больше всего пострадало сакраментальное восклицание: «Вот наделали делов эти бандиты Маркс и Энгельс!» Его то вытаптывали полностью, то вычеркивали слово «бандиты». В нынешних переизданиях эту фразу можно найти, а можно и не найти — в зависимости от того, какую книгу взяли для сканирования. В нашем томе вы встретитесь и с немцами Поволжья, и с Крыленко, и с бандитами Марксом и Энгельсом.