Узнав о том, что его рыцари и племянники томятся в цепях в плену у Милиаса, Озантрикс хотел было сразу начать войну и даже собрал войско из десяти тысяч рыцарей и трех тысяч пехотинцев. Но затем он решил пойти на хитрость и во главе своего воинства вступил в пределы Гуналанда. Здесь конунг переменил имя, назвался неким Тидреком и заявил, что он-де бывший вассал Озантрикса, с которым рассорился и решил поступить на службу к Милиасу. Мирно, без грабежей и насилия, он подошел к столице Милиаса и вступил в город. Здесь Тидрек-Озантрикс добился приема у Милиаса и пал перед владыкой гуннов на колени, умоляя приютить его со всеми людьми в Гуналанде. Явление загадочного герцога, изгнанного из Вилькинланда, озадачило как Милиаса, так и Оду. Отец откровенно испугался наплыва вооруженных людей и принялся убеждать Тидрека-Озантрикса вернуться поскорее к своему бывшему сюзерену и помириться с ним. А дочь задумалась совсем о другом и спросила у Милиаса: «Почему же не хочешь ты отдать меня за того конунга, столь могущественного, что он изгнал из своей страны этого вождя? Думаю я, он мог бы завоевать всю твою страну своим мечом, если бы захотел предпринять войну против вас».{366} «Изгнанник» между тем все стоял на коленях, продолжая молить о приюте и получая в ответ лишь вежливое, но настойчивое предложение убираться восвояси.
Это стало, наконец, надоедать великанам — сыновьям Нордиана, которые, похоже, не очень понимали, что все происходящее — хитрость, и, наблюдая сцену «унижения» владыки Вилькинланда издалека, всё более и более приходили в бешенство. Видольф Миттумсганги принялся даже громко выкрикивать в адрес Озантрикса несвоевременные призывы: «Господин, зачем лежишь ты у ног конунга Милиаса? А ты гораздо именитее, чем он. Опустошим и разрушим его землю и пройдем с огнем по всему его царству. Возьми его дочь и держи ее служанкою».{367} Раздосадованный этим ненужным проявлением преданности, Тидрек-Озантрикс приказал рыцарям крепко связать простодушного гиганта. Но когда конунг в третий раз припал к ногам Милиаса и на этот раз получил уже твердый отказ, сопровождавшийся угрозой, что их сейчас всех силой выведут из города, не выдержал старший и самый благоразумный из братьев-великанов Аспильян. Он попросту вошел в покои Милиаса и ударил царя гуннов в ухо так, что тот потерял сознание. Притворяться дальше было бессмысленно, Озантрикс выхватил меч, тем самым дав своим сигнал к началу боя. Видольф Миттумстанги, не дожидаясь, пока его освободят, разбил цепи, сковывавшие его, схватил железную палицу и принялся бегать по замку Милиаса, «убивая мужей, и жен, и детей, и скот, и все, что попадалось ему живого». Услышав шум, сын Илиаса Гертнит и другие пленники вышибли двери темницы и вырвались на свободу.
Убив бесчисленное число гуннов и всё разграбив, вилькины захватили Оду и доставили ее к Озантриксу. Девушка, наконец, поняла, кто перед ней, и с радостью согласилась стать женой такого могущественного конунга. После этого они отправились в Вилькинланд. Через какое-то время Озантрикс сумел помириться с Милиасом, уцелевшим в резне, устроенной великанами-вилькинами. Царь гуннов отдал половину Гуналанда во владение зятю и пообещал сделать его и дочь наследниками оставшейся половины. На том все и успокоились. Ода родила Озантриксу дочку-красавицу Эрку.
Наверное, в дальнейшем Озантрикс и стал бы правителем всего Гуналанда, если бы в события не вмешалась новая, внешняя сила. У правителя Фрисландии Озида было два сына — Ортнит и Аттила. Младший Аттила с детства отличался удалью и воинственностью, был силен и умен, щедр и честолюбив. Уже с двенадцати лет отец ставил его военным вождем над всеми силами Фрисландии. И вот Аттила принялся совершать частые нападения на владения Милиаса, а затем, почувствовав слабость постаревшего владыки гуннов, начал захватывать у него города. Озантрикс был слишком далеко и не мог помочь тестю. Когда же Милиас умер, Аттила захватил все владения царя гуннов. Столицей Гуналанда при Аттиле стал город Суза. Ну а конунгом Фрисландии, после смерти Озида, стал старший брат Аттилы Ортнит.
