«Илюшка смеется» и другие комедии полностью

Б а б а  М и л я. Ладно уж. Иди. Только ежели через парадное, так дверь прихлопни как следует.

К у з я. Прихлопну. (Уходит.)

Баба Миля ставит самовар на стол. Стол, очевидно, шатается. Она качает головой. Входит  А л е к с а н д р а.

А л е к с а н д р а (полуодетая, испуганная). Нянечка!..

Б а б а  М и л я. Мать ты моя, пресвятая богородица! Что это с тобой? Будто тебя кто за волосы таскал!

А л е к с а н д р а. Нянечка, послушай… Тетя Лукреция говорит, что ты и Галина… вы как-то странно себя ведете.

Б а б а  М и л я. Мерещится твоей Лукерции…

Л я л и н а (на пороге двери). Я не настолько наивна, чтобы не обратить внимания: в доме необычно тихо… ни Галины, ни голого Кузи… при наличии вполне достаточного запаса чистых салфеток они почему-то стираются еще!

А л е к с а н д р а. Он там, у Галины?

Б а б а  М и л я. Кто?

А л е к с а н д р а. Ты знаешь…

Б а б а  М и л я. Понятия не имею.

Л я л и н а. Поклянись!

Б а б а  М и л я. Вот вам крест…

Л я л и н а. Не так крестишься!

Б а б а  М и л я. Как это — не так?

Л я л и н а. Всей пятерней, как католичка!

А л е к с а н д р а. Ты не умеешь врать, нянечка.

Б а б а  М и л я. Умею!..

Г а л и н а (на пороге двери). И не надо, баба Миля! И не учись!

А л е к с а н д р а. Галина! Зачем ты это сделала?! Я ошиблась, была несчастлива в замужестве, и я… у меня нет к этому ребенку материнских чувств!

Г а л и н а. Ну и что?.. А у меня они есть. И у бабы Мили тоже. Правда, баба Миля?

Л я л и н а. Но… к Шуретте едет Андрей!

Г а л и н а. Почему это он едет к Шуретте? Он едет вообще к нам.

Л я л и н а. У них с Шуреттой роман!

А л е к с а н д р а. Ты знаешь: он мне писал, я ему тоже…

Г а л и н а. Он и мне писал, а я ему тоже… (Вдруг странно взволнованно и горячо.) Ну и будьте счастливы! И можете не думать об Илюшке: мы с ним вам не помешаем! (Скрывается за дверью.)

Б а б а  М и л я. Мы с Галочкой решили так: мальчишка здесь, у нас, и теперь наше дело сторона. Вы себе как хотите, так и мудрите, а мы ни за, ни про… середка на половинке… у нас — нейтрулитет.

Л я л и н а. Очень хорошо, Малаша! Очень хорошо и даже благородно!

Б а б а  М и л я (гордо). Так воспитаны!.. (Уходит в комнату Галины.)

Л я л и н а. Шуретта, идем. Приведи себя в порядок. Все складывается не так уж плохо…

Обе уходят в дверь слева.

Появляются  К у з я  и  А н д р е й  с чемоданами в руках.

К у з я. Сюда, товарищ старший лейтенант. Калитины здесь живут.

А н д р е й (складывает вещи у входа из передней). Знаю. А ты?.. Простите, а вы?..

К у з я. Я?.. Мы тоже здесь живем. По соседству. Через кухню.

А н д р е й. Не так давно, правда?

К у з я. Два года… Вы — Андрей, да? Тот самый, которого Семен Петрович из детского дома на воспитание взял?

А н д р е й. Тот самый.

К у з я. А я — Кузя, то есть Кузьма Егорович Семечкин — учащийся ПТУ строителей.

А н д р е й. Хорошее дело. А я — летчик.

К у з я. Летчик-испытатель, знаю. Я все про вас знаю!.. А как же это вы к нам утром? Ведь поезда из Москвы к нам прибывают вечером, а самолета по графику сегодня нет.

А н д р е й. А я не пассажирским, Кузьма Егорович, а грузовым самолетом. Чтобы скорее!.. А у Калитиных кто-нибудь дома есть?

К у з я. Все дома. Даже Александра Семеновна вчера приехала… Сказать, что вы прилетели?

А н д р е й. Нет. Я сам… (Входит и с волнением оглядывает комнату.) Все как было и на тех же местах. Даже самовар!

Из-под дивана выкатывается ежик.

Стоп! А вот этого не было. Откуда такой хороший зверь?

К у з я. Правда, хороший? Это Пушок.

А н д р е й. Вот так Пушок!

К у з я. Мы с Галочкой… с Галиной Семеновной… за городом его поймали. Это Илюшкин Пушок.

А н д р е й. Илюшкин?

К у з я. Да… То есть нет!.. Извините, я… тороплюсь.

А н д р е й. Это кто же: твой братишка — Илюшка?

К у з я. Нет… То есть да!.. Я лучше пойду, товарищ старший лейтенант.

А н д р е й. Ну иди. Спасибо, что помог.

К у з я. Что вы! Не стоит… (Хватает ежика, при этом накалывается об него, трясет руками, уходит.)