Предатель подавил растущее отчаяние. Выходит, все жертвы были напрасны: если это ловушка, то его борьба окончена. Если нет, то все обстоит намного хуже, чем он думал.
– Бездна куда страшнее Пылающего Легиона. Она – исконный враг Света, и чтобы противостоять ей, потребуется объединить народы Азерота и Запределья. – Наару вдруг перестал пульсировать. – Ты думаешь, я лгу? Теряешь надежду и веру? Тогда тебе следует знать вот что…
Не успел Иллидан даже попробовать защититься, как из наару в него ударила стрела чистого света. Направленная прямо в пустые глазницы, она наполнила их золотистым свечением. Иллидан приготовился к взрыву боли, но ничего не произошло, хотя в прошлом подобная магия всегда вызывала жуткие мучения. Она вызывала их у всякого, кто практикует магию Скверны. Кругом все задрожало и померкло, сменилось картиной ужасного сражения.
Среди гор трупов крылатая фигура вела вперед легионы Света. Ее клинки окружала золотистая аура. Могучими ударами воин рассекал демонов надвое. Собственные солдаты взирали на полководца с благоговейным трепетом. Иллидан не сразу признал в нем самого себя: глаза его, преображенного, сияли двумя солнцами. Эта аватара Света была спокойна, сильна, невозмутима. Она излучала уверенность и отсутствие страданий.
И вот этот крылатый воин взлетел над полем боя, бросая вызов исполинским порождениям тьмы, созданиям зла из Бездны. Голову его осенял нимб, а тело сияло все ярче – ярче самого солнца. Вот из рук его, сокрушая врагов, ударили лучи Света.
Чувствовалось, что все так и должно быть, что это – образ еще не наступившего будущего. На мгновение Предатель поверил ему, но потом сомнения вернулись. Такого попросту не могло быть. Иллидан прежде не ступал на этот путь, и не сможет измениться. Он – воин и льет кровь, следует не только чувству долга, но и тьме, и собственным устремлениям.
– Ты отринешь саму смерть, – произнес наару, когда видение померкло. – Я это видел. Неважно, кем ты был, неважно, кто ты сейчас. Ты станешь поборником Света.
В голосе наару не было и тени сомнения, его уверенность передалась Иллидану. На мгновение он погрузился в Свет, и сердце его успокоилось. Его ждало искупление, на какое он и не смел надеяться. Умиротворенный, он соединился с наару – всего на миг, который показался Иллидану длиною в жизнь.
– Ты станешь героем, – сказал наару. – Однако у всего есть цена.
– Да, у всего.
Наконец, исполненный умиротворения, Иллидан очнулся. Сеть Света и мерцающая равнина, исчезли, и он снова оказался в Аргусе – вместе с наару. Да они никуда отсюда и не уходили: место, где они общались, было иллюзией, созданной магией Света.
Иллидан ощутил внезапный укол страха: его могли заметить. Что если солдаты Пылающего Легиона окружают его? Может, наару и друг Иллидану, но он подвергает опасности их обоих.
– Прощай, – сказал наару. Щупальце света коснулось лба Иллидана. Возникло странное ощущение, будто на лбу у него осталась новая метка. Она немного жгла и явно боролась со Скверной в татуировках, а потом соединилась с ними и исчезла.
Втянув щупальце, наару исчез, будто его и не было, а перед мысленным взором Иллидана снова возник его собственный образ как аватары Света. Возможно ли такое? Сумеет ли Предатель заслужить искупление? Он о таком и думать не смел, однако наару верил в то, что так и будет. На мгновение поверил и сам Иллидан, но потом избавился от мыслей о будущем, потому как в настоящем его ждало еще много работы.
Предатель мысленно проверил точки привязки для портала – чувствовал, что они на местах. Если повезет, то никакой демон их не обнаружит. Пора было возвращаться. Что-то он задержался в Аргусе.
Иллидан прервал заклинание астрального путешествия: его дух понесся назад сквозь Круговерть Пустоты и, не замедляясь, ворвался в тело. Прямо передо лбом чародея, видимая только призрачным зрением, висела в воздухе руна. Она зеркально отражала метку наару у него на челе. Стоило так подумать, как руна исчезла, будто Иллидан и не встречался с созданием Света.
Предатель постарался вспомнить подробности разговора, используя все приемы, доступные его чародейскому разуму. Встреча и правда состоялась, в этом он больше не сомневался, и видение тоже казалось правдоподобным. Правда, это еще ничего не значило, если наару просто играл с разумом Иллидана. Но если создание Света настолько сильно, то…
От таких мыслей и с ума сойти было недолго.
Заново привыкнув к плотному телу, Иллидан услышал, как в дверь колотят: звук проникал даже сквозь слои защитных чар. Он произнес заклинание, и заслоны пали. Дверь открылась, и Предатель увидел на пороге советников.
– Владыка Иллидан, – обратился к нему Верховный пустомант Зеревор, – идем с нами! Ты должен сам увидеть, что творится. На Черный Храм напали!
Голос мага был предельно встревоженным, и только поэтому Иллидан не отослал его прочь сразу же. Встав из позы для медитации, он последовал за советниками… одного из которых, кстати, не хватало.
«Акама. Куда он делся?»
