Сания думала: у неё счастливая семья и верный, любящий муж, пока не узнала о его измене. После этого всё посыпалось. Так рушится дом, построенный на зыбком песке. Иллюзиями оказалась и любовь, и преданность, и дружба. Теперь ей предстояло выяснить, что из этого у неё есть на самом деле, а что только кажется таковым. Сумеет ли она выстоять и не сломаться, узнавая всё о новых и новых бедах и неприятностях.
Сания с облегчением поставила тяжёлые пакеты возле кухонного стола, потрясла онемевшими пальцами. На коже рук отчётливо проявились красные полосы от узких неудобных ручек. Марк сегодня не смог помочь ей с покупками. Впрочем, сама виновата, что совершенно забыла о фруктах и салфетках, ведь только вчера после работы они закупались для его дня рождения. Сания настаивала отложить празднование на субботу, но Марк заупрямился: не люблю, когда поздравляют с прошедшим днём, тем более, впереди два выходных дня, достаточно, чтобы отдохнуть после бурного торжества. До глубокой ночи она провозилась с заготовками, зато сегодня с утра быстро справилась с нарезкой салатов и холодных закусок. Теперь внутренность большого холодильника была уставлена множеством тарелок с едой, накрытых пищевой плёнкой. На столе высилась гора посуды, подносы со стаканами, фужерами и рюмками. До назначенного часа оставалось пять часов. Ставить кастрюли с голубцами и перцем на огонь ещё рано, значит, есть время немного отдохнуть. Сания выкладывала фрукты из пакетов, когда зазвонил телефон. На экране высветился незнакомый номер.
– Слушаю.
– Я говорю с Мечниковой?
Этот женский голос Сания слышала впервые, но не стала ничего уточнять, коротко ответила:
– Да.
– Как вы думаете, где сейчас ваш муж?
Сания хмыкнула: неужели снова беспокоят телефонные мошенники? Сейчас сообщат, что Марк попал в аварию или у него обнаружили наркотики и теперь требуются деньги, чтобы его выручить.
– И где же он?
Женщина на том конце трубки ехидно засмеялась.
– С любовницей. Не хочется вас огорчать, но надо. Говорят: он вас давно не любит, терпит лишь ради детей. Мне вас жаль, вот и решила чисто по-женски предупредить. Если хотите убедиться, что Марк вам действительно изменяет, приезжайте на турбазу «Синяя волна». Он и его возлюбленная в домике под номером двадцать три.
Сания, оглушённая сообщением незнакомки, не сразу сообразила, что ответить.
– Алё, алё! Вы поняли меня? Если не верите, приезжайте и убедитесь сами.
– Более дурной шутки я ещё не слышала, – выдавила из себя Сания. – Марк сейчас на винзаводе занят купажированием1 нового сорта вина.
Женщина снова засмеялась, но на этот раз в её голосе слышался сарказм.
– Вы звонили ему около двенадцати часов, просили в обеденный перерыв помочь привезти фрукты для праздничного стола. Сказали, что вчера забыли их купить. Но он ответил: сильно занят и не может приехать. Так вышло, что я случайно услышала, когда он отвечал на ваш звонок.
Сания чуть не выронила телефон, как мог чужой человек знать о содержании её звонка? Она не могла поверить в то, что Марк ей изменяет. Это могло случиться с кем угодно, но только не с ней. Ведь у них всё хорошо. Они вполне счастливая семья.
– По-моему ты из тех дур, что будет закрывать глаза до последнего, – привёл её в чувство сердитый голос незнакомки. – Мол, если не вижу и не слышу, то этого как бы и нет.
Сания взяла стакан с водой, отпила пару глотков, пытаясь смочить пересохшее горло.
– Вежливые люди представляются, когда разговаривают по телефону.
– Да запросто: я доброжелательница и неравнодушный человек. Этого вам достаточно?
– Я так понимаю, – Сания держалась неимоверным усилием воли, не позволяя себе сорваться на крик, – вы хотите, чтобы я поймала мужа на горячем?
– Правильно понимаете. Не стоит цепляться за того, кто вам изменяет. Если бы ему с вами было хорошо, он бы пошёл налево? Решайтесь уже поскорее.
– Не переживайте. Если то, что вы говорите, правда, мне действительно не нужен такой муж, – в сердцах произнесла Сания, от потрясения не задумываясь, какое дело постороннему человеку до её семейной жизни и почему незнакомка так на неё давит.
– Вот и убедитесь сами. И поторопитесь, а то они намилуются в домике и разбегутся кто куда.
Сания с минуту слушала тишину в трубке. Она не замечала, что у неё трясутся руки, не видела побледневшего лица. Кровь так шумела в ушах, будто кто-то бил по голове маленькими молотками. Набрав номер, она вызвала такси. Через десять минут уже садилась в белую «Ладу-Приору».
– Добрый день. Мне нужно на турбазу «Синяя волна», – попросила Сания, усаживаясь на заднее сиденье.
– Здравствуйте, – поприветствовал её водитель. – Будет сделано.
Машина тронулась. Шофёр в зеркало заднего вида время от времени косился на пассажирку, его волновал её странный вид. Кожа на лице молодой женщины была бледна до синевы, крылья её прямого аккуратного носа побелели так, словно их отморозило, губы тоже потеряли всякую яркость и лишь сине-голубые глаза сверкали, как два глубоких озера под полной луной. Женщина дёргаными движениями, будто заржавевший робот, время от времени заправляла за уши непослушные, слегка вьющиеся русые волосы.
– Вам плохо? Что-то с сердцем? У меня в аптечке есть нитроглицерин, – предложил водитель, заметив синеву, появившуюся и вокруг рта пассажирки.
– Спасибо. Если можно, – выдохнула Сания. Голова кружилась, а грудь сдавило так, словно на неё положили бетонную плиту. Она пыталась нормально вздохнуть и не могла.
