- Да? А почему бы и нет?
- Разве ты не видела, как смотрела на тебя Па-мела всякий раз, когда он говорил с тобой? Она - ревнивая кошка, а такого рода осложнения нам вовсе не нужны. Будет лучше, если во время плавания ты не будешь устраивать состязаний.
У меня невольно округлились глаза от удивления.
- Состязаний?
- Ну, не притворяйся, что не заметила, как Ларри и Фредди устроили нечто вроде школьных соревнований за хорошенькую девочку! От глаз Памелы такое не укроется. Я подумал, что ты умышленно флиртуешь с ними, чтобы насолить мне. Не делай этого больше! Это чересчур опасно.., для всех.
Мне захотелось рассмеяться ему в лицо. Я просто радовалась новым друзьям, и больше ничего. Настоящая опасность для меня - это остаться изолированной от общества.
Но Адаму не следовало прямо выражать свое недовольство, потому что этим он добился только того, что, когда мы вернулись за столик, я решила укрепить зародившуюся дружбу, которая, возможно, обещала мне избавление от похитителя. Я поочередно танцевала с Ларри и Фредди и даже профессора Линвуда уговорила пройтись со мной по паркету.
Я отлично сознавала, что выпила слишком много шампанского. Раньше самое большее, что я себе позволяла, так это рюмочку ликеру, и то в особых случаях.
Адам несколько раз танцевал со мной, и в последний раз у меня так закружилась голова, что я даже споткнулась. Тогда он вывел меня за дверь, да так быстро, что у меня не было возможности запротестовать.
- Но мы.., мы не можем уйти не попрощавшись.
- Нет, можем.
- Но что о нас подумают? Адам улыбнулся.
- Что мы новобрачные, которым не терпится остаться наедине Эта же наша первая брачная ночь.
Брачная ночь! Слова Адама грохотом отдались в моей голове. Я снова споткнулась.
- Ты слишком много выпила, - сказал он, взяв меня за руку.
Когда мы дошли до прогулочной палубы, он обнял меня за талию. Казалось, что мои ноги существуют отдельно от тела, голова же, напротив, была чрезвычайно легкой. Я ухватилась за поручень.
- Вот видишь, а я ведь пытался остановить тебя.
- Не читай мне нотаций! - огрызнулась я, отводя от него взгляд и устремляя его на серебристый в лунном свете океан. Лунная дорожка скользила по воде, и волны, опадая и поднимаясь, образовывали что-то вроде мгновенных скульптур. В порыве отчаяния я подумала: а не броситься ли мне за борт. На мои глаза набежали слезы, и я всхлипнула.
- Не надо. - Адам положил руку мне на плечо. Я попыталась сбросить ее, но он еще крепче прижал меня к себе.
- Зачем ты это сделал? - Я снова всхлипнула. - Почему не оставил меня в покое? Путешествие обещало быть таким прекрасным. Я была вне себя от счастья, когда Делла пригласила меня. Я так долго мечтала поехать с ней...
- Шарль, поверь, я очень сожалею, но иначе никак было нельзя...
Сдавленные рыдания вырвались из моей груди, и мне пришлось закрыть лицо руками, чтобы унять их. Этот человек безжалостно разбил мою жизнь, словно специально бросил некий хрупкий предмет в каменную стену. Осколки теперь уже невозможно было собрать. Что бы ни случилось дальше, мне не забыть пережитый ужас. Даже если с отцом не произойдет ничего плохого, а кузина Делла оправится от "неприятностей", все равно никогда больше я уже не буду прежней. Он, именно он превратил мою жизнь в кошмар.
- Я тебя ненавижу! - снова выкрикнула я, не в силах найти более подходящие слова.
- Ты устала. Давай я отведу тебя вниз.
- Нет! Я не хочу идти с тобой!
- Понятно. Значит, решила спать на палубе.., или в спасательной шлюпке? Адам вздохнул. - Да, наверное, так и будет, если я тебе позволю. Но, к сожалению, сегодня новобрачная должна спать со своим мужем. Иначе все наше притворство будет напрасным. Ты очень хорошо держалась, Шарль. Твой отец гордился бы тобой.
Мерзавец знал о моей ахиллесовой пяте! Отец... Я услышала его голос так же ясно, как если бы он стоял рядом со мной: "Не делай этого, Шарлотта! Не позволяй собой манипулировать!" Он никогда бы не одобрил моего сотрудничества с похитителем, однако я знала, что на моем месте сделал бы для меня то же самое. Я проглотила слезы и вскинула голову.
- Ну ладно. Ты снова победил. Я буду играть в твои игры.
- Хорошо. - Очевидно, Адам почувствовал облегчение оттого, что, несмотря на нервозность, я не собиралась устроить сцену, неминуемо привлекшую бы к себе внимание пассажиров.
Я позволила ему обнять себя за плечи, и мы пошли к нашей каюте. В тесных коридорах я чувствовала себя погруженной в самые недра парохода, и ощущение, которое охватывало меня здесь, мне ужасно не нравилось. Остальные помещения судна практически ничем не отличались от апартаментов отеля.
Адам отпер нашу дверь и повернулся ко мне. У меня появилось дурацкое чувство, что сейчас он перенесет меня через порог. Я попятилась, чтобы избежать прикосновения его рук.
- Только после тебя, - галантно сказал он. Но оказалось, что я не в силах тронуться с места. - Шарль! - В голосе его послышалось нетерпение.