- Он прав. Это мое желание. Я согласна, но пока хочу жить в особняке. - Девушка нервничала и теребила подол белой ночной рубашки из обычного хлопка.
Инетр взял ее руку, погладил подушечками пальцев ладонь и мягко произнес:
- Мы тебя понимаем и принимаем. Мы вместе, запомни это, и поддержим любое твое решение. - Мягкая полуулыбка коснулась его губ.
Бархатная коробочка глубокого синего цвета так и осталась лежать в кармане брюк Прогера. Эмит молчаливым кивком согласился с мужчиной, что их девочка пока не готова. И пусть они идут к общей жизни маленькими шажками, главное, что они вместе и в Кассандре потихоньку распускаются чувства.
Они хотели бы поскорее привязать ее к себе. Решились именно сегодня под всеобщей волной эйфории сделать ей предложение и поднять их отношения до планки невеста и женихи. Но любовь очень сложная штука, на нее нельзя давить, ее нельзя ограничивать, невозможно заставить вспыхнуть из ничего. Пусть пройдут круги, прежде чем Касси решится переехать от брата. Пусть аккуратным платиновым колечкам с гравировкой придется подождать, пока девушка поймет, что не может без них так же, как и они сейчас не могут без нее. Пусть... Опасность устранена, и у них есть вечность, чтобы быть вместе.
- И в знак такого ответственного принятого решения мы сейчас тебя... зацелуем! - интригующе приближался к девушке Эмит, словно гепард, подбираясь к своей жертве.
Они накинулись на нее, смеясь. Опрокинули на узкую кровать, целуя там, куда успели дотянуться. Кас сопротивлялась для вида, но совершено не прикладывала усилий. В этот момент она была по-настоящему счастлива, потому что ее целовали самые невероятные любимые мужчины. Только ее мужчины...
Эпилог
Эпилог
ВЫ ДУМАЕТЕ, Я СЧАСТЛИВ?
НЕТ.
Я ХОРОШО НАУЧИЛСЯ СОЗДАВАТЬ ИЛЛЮЗИИ...
Как же так случается с людьми? С теми, кто соседствует рядом с нами или работает. Почему в один прекрасный момент они перестают жить и начинают выживать? Зачем прикрываются иллюзией жизни?
Один мужчина, вставая каждое утро в шесть часов, наливает себе в зеленую кружку черный кофе без сахара и, закуривая сигарету, проверяет почту на компьютере. Сбрив отросшие волоски на лице, он надевает неизменный серый костюм и белую рубашку под него и отправляется на работу без пятнадцати восемь. За рабочим столом ровно до десяти утра проверяет принесенные из разных отделов документы. Еще пять минут тратит на выкуренную сигарету, сидя на подоконнике открытого окна собственного кабинета.
Появляясь в зале для совещаний, раздает всем задачи и уходит в колледж к Прогеру преподавать «Управление организацией» или к ученикам в спортивный зал. В два, когда все подчиненные пообедали, неизменно идет в столовую Палаты и садится за третий столик по правому ряду. Неспешно ест горячее и второе, не притрагиваясь к хлебу, но часто запивая прожеванное двумя стаканами холодного компота. А подремав в своем кабинете до четырех, переодевается в черную спортивную форму и два часа усиленно занимается физической подготовкой, вслед за которой полчаса стоит в душе под струями холодной воды.
В семь разбирает проблемы различных сотрудников и структур и записывает ответы, обязательно вкладывая их в индивидуальные подписанные конверты. В девять знакомится с новыми разработками в разных областях и делает пометки. К одиннадцати ужинает прямо там, в кабинете, и уходит домой через портал. Следующий час тратит на составление списка дел или путешествие «Дорогой Сна».
Каждый день, каждый круг - одно и то же. Он называет это стабильностью, а в душе боится любых изменений, которые неизменно повлекут за собой непредсказуемый ход событий. Но ведь он не живет! Все его механические действия создают вокруг него лишь «Иллюзии жизни», хоть и в другом, построенном им самим мире... Только мужчина продолжает думать, что он в нем всесилен.
А есть тот, кто прошел через все это. Тот, кто думал, что сумеет убежать и все решится само собой. Тот, кто понял: иллюзии не имеют независимого существования и длятся ограниченно относительно времени. Кассандра теперь принимает противоположность иллюзии - реальность. То, что существует независимо от желания или его отсутствия. Реальность есть до возникновения любой иллюзии. Она же существует во время проявления иллюзии и продолжает идти своим чередом после.
Та жизнь, что была у нее до «Санрайс», существовала механически, искусственно. Девушка будто и участвовала в ней, но являлась скорее сторонним наблюдателем в собственном теле. То, что она все время называла стабильностью - брака, работы, чувств, жизни, - было на самом деле безэмоциональной рутиной. Сейчас она это отчетливо понимала.
