– Рады слышать, что у тебя все в порядке! – провозгласила директриса. – Если во время занятий почувствуешь недомогание, сразу обращайся к любому преподавателю! Педагог поможет тебе дойти до врача! А сейчас Абрам Борисович проводит тебя в аудиторию, его урок у вашего класса сегодня первым часом.
Прозвеневший звонок частично заглушил окончание ее фразы, и все разошлись по своим делам. Оля направилась к гардеробу, на ходу снимая дубленку, и Павел увязался за ней.
– Павел? – Мацаев вперил в него строгий взгляд. – Ты куда? Звонок для кого прозвенел?
– Я помогу ей с верхней одеждой, и мы сразу в класс! – оправдался тот. – Одна минута!
– Марш в аудиторию, помощник! – Препод сделал менторское лицо. – Готовиться к ответу! Тебе сейчас отвечать у доски! Одного провожатого Морозовой будет достаточно!
Павел, недовольно кривясь, скользнул взглядом по Оле, типа, Мацаев – козел! – и пошел прочь. Оля ощутила, что препод срисовал и взгляд, и его смысл, но никак не отреагировал внешне. Внутри ему это, конечно, не понравилось, но вроде бы счеты с Павлом он сводить не собирался. Мацаев довел Олю до гардероба, перебросился парой фраз с гардеробщицей и помог Оле донести рюкзачок до кабинета. Препод вел себя сдержанно и корректно, вопросов не задавал, и в его ауре не ощущалось всплеска половых гормонов. Короче, образцовый педагог. И именно это почему-то вызывало какое-то смутное чувство недоверия. В чем дело, понять не получилось, и Оля списала свою реакцию на избранность Мацаева. В конце концов, она, как любой Пробужденный, испытывает антипатию к любому Избранному, хоть реальному, хоть потенциальному. Оттого и недоверие.
Оказавшись в классе, Мацаев дождался, пока она займет свое место на последней парте, и тут же вызвал к доске Павла. Препод начал гонять его по всей теме, путая каверзными вопросами, и всем стало ясно, что Павлу светит пара. Однако под занавес Мацаев неожиданно перешел к совсем простым вопросам, и, по сути, сам натянул Павлу оценку до трояка. Павел, получив тройку, ушел за парту переводить дух, незаметно ухмыляясь приятелям, типа, пронесло. И Оля почувствовала, что Мацаев специально устроил все это, чтобы напомнить Павлу, кто на уроке хозяин. На этом все хоть сколь-нибудь несонливое закончилось, и Оля украдкой занялась смартфоном. Там, конечно же, не обнаружилось ничего стоящего, и она сосредоточилась на Избранном в подводном отеле. Тот все еще спал, и по его энергетическому отпечатку выходило, что спать он будет еще долго.
С началом перемены все потянулись в другую аудиторию, и Оля обратила внимание, что неприязнь одноклассников к ней явно подросла. Не то чтобы ее прям невзлюбили, но никто не подошел к ней с расспросами о чем-либо, зато косых взглядов хватало, что на уроке, что на перемене. Оля подумала, что ее это устраивает. Меньше внимания – проще дождаться окончания уроков. Она подхватила рюкзачок и направилась к выходу из класса.
– Иоланта! – Она выходила последней, и Павел вновь ждал ее в дверях. – Можно тебя на минуту?
– Что не так? – Оля придала своему голосу безразличные интонации.
– Да не, все о'кей… – смутился Павел. – Это быстро! – Он торопливо открыл свой рюкзак и достал оттуда мягкую игрушку – небольшого плюшевого котенка с мимимишной рожицей. – Это тебе!
– Зачем? – Она запоздало вспомнила, что до Пробуждения любила кошек и держала у себя на страничках в соцсетях уйму фоток со всевозможными котятами в милейших ракурсах. После Пробуждения интересы сменились, и она ни разу не вспоминала об этом.
– Это… ааа… подарок! – замешкался Павел, явно не ожидая такой реакции. – Знаю, ты любишь котят, ну… вот… решил подарить… – К нему вернулась решительность: – Мы же друзья! Я всегда на твоей стороне!
– Спасибо. – Оля равнодушно убрала игрушку в рюкзачок. – А что, теперь много кто не на моей?
– Ну есть люди, – уклончиво ответил Павел, подхватывая ее рюкзачок: – Давай помогу!
– И что этим людям не нравится? – Она не стала препятствовать и покинула аудиторию.
– Да там гон какой-то, – он отмахнулся. – Комментируют твое изменение внешности и обсуждают, сколько все это стоило. Некоторые не верят, что все твои операции были рекомендованы врачами. Типа, после необходимых операций ты сама замутила… ааа… несколько косметических, ну, там… ааа… грудь сделала и попу силиконом накачала. Говорю же – гон!
– Разве это касается кого-то, кроме меня? – флегматично уточнила Оля.
– Не, ну ты же в курсе, пипл любит все пообсуждать! – объяснил Павел. – Ну там, ааа… фотки откомментить, бабло чужое посчитать…
– У меня на страничке нет фоток. – Оля перевела на Павла внимательный взгляд: – Кто-то так сильно расстарался, что нафоткал меня в школе?
– Ты что, не в курсе? – он явно удивился. – Один знаменитый чувак выложил в своем блоге большую статью про тебя! Типа, расследование! Там всякие документы из психушки про… ааа… твоего отца, и твои фотки… ну, типа… ааа… «до» и «после».
– Да? – Олин тон остался равнодушным. – И чем он недоволен?
