Злой и раздраженный рохр шагал вперед, подхлестываемый ревностью и обидой, а много повидавшей на своем веку Урсуле виделся во всем этом откровенно недобрый знак. Уж слишком хорошо она знала, что ради любви мужчины совершают не только великие подвиги, но и самые большие глупости, зачастую стоящие им жизни.
Рассвет лил сквозь окна домика расплавленное золото солнечных лучей, и комната утопала в мягком рассеянном свете, ласково обнимающем лицо Вайолет, на губах которой играла улыбка еще не истаявшего сна. Удивительного, наполненного нежными прикосновениями горячих губ мужчины и теплом его объятий.
Какой-то далекий и неясный звук заставил девушку распахнуть глаза, чтобы с грустью обнаружить пустующее рядом на постели место Айта. Ладонь юной Хранительницы бережно коснулась вмятины на подушке, хранящей память о том, кто ее оставил, и сердечко девушки сбивчиво затрепыхалось в груди, растревоженное волной нежности, поднимающейся из самых глубин ее души.
Откинув теплое одеяло, она спустила босые ступни на дощатый пол, зябко ежась от его холодного прикосновения.
Натянув тонкую сорочку и накинув на плечи сложенную на сундуке куртку Айта, она вышла из спальной комнаты, растерянно ища взглядом в пустой светлице покинувшего ее одарина.
В очаге над огнем что-то интенсивно булькало, распространяя умопомрачительный запах, и желудок Вайолет жалобно заурчал.
— Кар-р, — громко и требовательно прозвучало где-то за дверью, а сразу за ним послышалось низкое и строгое:
— Тихо.
Удивленно вытянув шею, Вайолет выглянула в окно, обнаружив Айта сидящим на верхней ступеньке крыльца. Рядом с ним, смешно растопыривая крылья, прыгал чуть подросший вороненок, преданно заглядывая в лицо одарина и требовательно раскрывая рот.
Как только в нем исчезали брошенные Айтом зерна, птенец встряхивался и издавал похожий на хрипенье звук, словно пытался каркать, но теперь уже шепотом.
С улыбкой понаблюдав за происходящим, девушка, не выдержала и потянула на себя дверь. Прохладная свежесть утра сквозняком мазнула по голым ногам, тут же пробралась под одежду и остудила жарко полыхнувшие от смущенья щеки, стоило Айту резко повернуть голову, чтобы поймать Фиалку в капкан своего взгляда.
— Доброе утро, — не зная, что положено говорить мужчине после всего, что между ними произошло вчера, прошептала Вайолет.
Понимая, что тишину можно больше не соблюдать, вороненок радостно подпрыгнул на крепких лапах и визгливо каркнул, требуя продолжения кормежки.
— Нашел утром в лесу. Из гнезда выпал, — кивнул на него Айт и как-то виновато опустил голову. — Звери сожрут… Вот и принес сюда.
Вайолет закусила губу, спустилась по ступенькам и встала перед понуро сидящим мужчиной, вынуждая его обратить на нее внимание.
— Здесь холодно, — заметив ее босые ноги, просипел Айт. — Вернись в дом. Простудишься.
— Айт, — девушка ласково коснулась щеки одарина и порывисто вздохнула, стоило заглянуть в его глаза и прочитать в них отголоски тех чувств, что сейчас терзали мужчину. — Ты…
— Прости меня… — туго сглотнул он. — Я не должен был…
Испуганно накрыв его рот ладонью, Вайолет замотала головой, чувствуя, как на глаза набегают слезы:
— Не надо. Не обесценивай того, что между нами произошло. Это… это было прекрасно. Не смей жалеть о случившемся.
— О счастье не жалеют, Фиалка, — Айт закрыл глаза и мягко поцеловал ее пальцы. — Жалеют лишь о том, что оно не вечно…
Издав какой-то полный безысходности стон, одарин стремительно обхватил девушку за талию и резко потянул на себя.
Упав в его объятья, Вайолет плющом обвила Айта за шею, и дыхание враз стало ненужным, пока его поцелуи собирали с ее щек слезы, сладко терзали губы, делились нежностью и теплом.
— Чтобы ни произошло дальше, — обнимая ладонями лицо девушки, посмотрел на нее Айт, — чтобы я ни сказал и ни сделал, ты должна помнить, что это никогда не будет направлено против тебя. Просто верь мне.
— Я верю. Я знаю. Я люб…
Одарин закрыл рот Вайолет поцелуем, так и не дав закончить фразу, и она стала передавать ее смысл жестами — крепко обнимая мужчину и возвращая ему самые пылкие ласки, на какие была способна.
— Кар-р, — обиженно возмутился внимательно наблюдающий за ними вороненок, заставив на миг замереть, касаясь друг друга лбами.
Айт усмехнулся, пригладил растрепанные волосы Вайолет и грустно заметил:
— Он прав. Надо поесть. Там каша с мясом и грибами, наверное, уже готова.
Поднявшись вместе с девушкой, одарин внес ее в дом и, усадив на скамью подле стола, принялся хлопотать у очага, то и дело отпихивая ногой повсюду прыгающего за ним, словно собака, птенца.
Размочив в кружке с водой сухарик, Вайолет поманила птицу пальцем, и та, учуяв нового кормильца, радостно хлопая крыльями, побежала к столу.
— И как же тебя звать? — девушка ласково почесала клюв прыгающего вороненка и подхватила его на руки.
— Я назвал его Карбо, — Айт поставил перед Вайолет глиняную миску с горячей кашей, воткнул в нее ложку и сел рядом.
— Это что-то значит?
Одарин коротко кивнул и пояснил:
— На языке триктов это значит "уголек".
